Лина тихо смеялась, а Хэнк с улыбкой смотрел на, то, что ему всегда хорошо удавалось - веселить.
«Она любит мои шутки... Всегда их любила» - думал Хэнк, а Бродяга похоже начинал ревновать.
На сцене звучали приятные сердцу и ушам, а кому-то и кишечнику песни Битлов, Цоя, Люмена, даже Кобейн со своей «My Girl» побывал на сцена в олицетворении молодых музыкантов.
- Лина это, наверное, сокращенное от Алина? - саркастически на что-то намекая, говорил Хэнк.
- Да. И как же ты догадался? - с таким же сарказмом отвечала Лина
- Ну я же все таки профессор!
- Тихо, - явно ревнуя, перебил их голубиный разговор Бродяга, а в компании Лины, исключительно Рома - давайте уважать Пола, он нас всех здесь собрал, не чтобы мы болтали об учебе...
- Да, да - понимающе кивал Хэнк.
И он действительно замолчал, но, правда, ненадолго.
- И давно вы с Бр... С Ромой вместе?
- Месяц. - уверенно и резко ответила Лина.
Концерт шел успешно, люди визжали, аплодировали и подпевали знаменитым трекам. Кто действительно мог похвастаться тем, что их руки чисты от ржавчины гвоздей, которые другие идиоты, так безразмерно, вбивают их в гроб языка, так это те великие авторы, чьи песни и исполняли парни.
Кишки на изнанку от одного названия Guf, которое не хочет писать ни один Ворд в своем тексте, как в принципе и само слово «Ворд» Ак-47 и прочая ересь, имя которой не музыка, а убийца, убийца литературы, таким трудом и потом составляемая веками. Сколько слов, эмоций, чувств, да черт возьми, все сердце можно выложить по кусочкам на клетчатую бумагу благодаря огромному словарному запасу литературы, нежели загрязнять столь ценную бумагу всяческой херью, под которую мне так легко сидеть в туалете и под каждый выкрик несознательной речи, выпускать так долго таившееся во мне зло...
- Месяц значит, - кивал головой Хэнк - А как вы...
Но он не успел ничего сказать, его речь перебил дико пьяный возглас еще одного гробовщика, который явно не понимал толк в музыке и смысл в песнях.
- Заткнулись! Быстро заткнулись! - кричал он, со своим приятелем, таким же обоссанным отморозком как и он, Полу и его фанатеющей от Битлов группе.
Но парни продолжали играть, не обращая внимания на тех, кого и так Солнце обделило своими живительными лучами. Оба были лысые, наверное, плесень покрыла мозг, а под грибами человек и не такое может сказать.
- Э! Вы чего не поняли?! Я же сказал, заткнулись блять!
Люди вокруг начали успокаивать и даже ругаться на, как потом выяснилось, демобилизованных ВДВшников. Но в ответ они слышали не менее грубое и, до диареи неприятное:
- Я, блять, хочу отдохнуть, а не слушать эту хуйню!
Но снова они были игнорированы, как и самими музыкантами, так и всеми людьми, так пристально слушающими, знакомые слова и до боли приятные ноты. Они даже были игнорированы охраной, которая обычно должна выкидывать за шкирку непослушных и, через чур, перебивших свое волосатое пузо продуктом брожения хмеля и злобного эксперимента Менделеева, посетителей, если их еще так можно назвать.
Бойцам это не понравилось и они встали. Хэнк натянул злобную улыбку.
- Ооо, сейчас будет драка... Ставлю сотку на лысого со шрамом!
Хэнк был прав, завязалась драка, но не с посетителями как он надеялся, а с ним самим и с его друзьями. Но перед этим, один ВДВшников залез на сцену и скинул Пола с нее прямо под ноги зрителям, после чего и закипела кровь в венах эксцентричного писателя.
Бой был не равный, лысые военные оказались намного сильнее бойких парней, но при продолжении драки где-то на рельсах за клубом, Хэнк явно дал понять, что не служат они лишь по причине учебы, а не немощности или трусости!
Свалив мужика со шрамом на землю, Хэнк, пинал его лицо, делая его еще более страшным для следующих жертв их быдлянской натуры, оставляя с каждым ударом новый и новый шрам. Бродяга бил второго палкой, которая в щепки разлеталась о его спину. Тем же занимались и Пол с Тохой, то держа, то пиная ВДВшников. Пронзительный крик Бродяги прервал уже почти выигранную драку.
- Менты! Сваливаем!
И парни бросив все палки и камни ломанулись в рассыпную от блюстителей порядка...
25.06.08
Дверной звонок... Первый раз, второй, третий... Наконец дверь открылась. На пороге стоял Бродяга, немного помятый и с застывшей на брови кровью.
- Прости - говорил он
- Прости?! - возмущалась Лина - Мало того, что на моих глазах тебе начали давать по морде, так ты и не соизволил за мной вернуться! Ты просто ушел за угол... Ты знаешь как я переживала? Ты не представляешь!
- Прости... Я должен был помочь друзьям. За нами была погоня и я не мог вернуться...