- Погоня?! Ты пересмотрел боевики!
Минуту они молчали, Бродяга понимал, что нельзя было просто оставлять Лину в клубе и не позаботиться о ней и ее безопасности.
- Я вернулась домой около двух... И я переживала не за себя. Не за то что на меня могут напасть, я за тебя переживала! Не позвонил, ни написал, ни слова! Твою мать, Ром!
- Прости! - закричал Бродяга - Я идиот! Знаю! Прости, больше такого не повторится!
Лина подтянула его за руку и, поцеловав, сказала:
- Дурак! Я же переживаю за тебя... О себе не думаешь подумай обо мне, о родителях, о маме, папе...
Бродяга при слове «папа» отвел глаза в сторону и тоже поцеловал свою девушку.
- Я не привык о ком то переживать, но теперь понимаю как это важно...
Лина впустила его в дом.
- Уроды! Что они с тобой сделали - гладя Бродягу по лицу, шептала она...
- Ну что трахнул? - допытывал друга Хэнк.
- Отвали! - огрызался Бродяга.
- Да колись! Трахнул?
- Отвали!
- Да говори ты уже!
- Отвали Хэнк! Ты ни слова не услышишь о нашей личной жизни! И нет, я не скажу какой у нее размер груди!
Хэнк и Бродяга сидели на полу, в квартире, напротив друг друга на коленях и по очереди шипели от жгучей боли йода, которым они замазывали ссадины и раны на лице друг друга, после былой ночи. Пол натягивал порванные большими руками лысых мужиков струны на гитаре, а Тоха готовил обед для всей их, большой однополой семьи.
- Черт! - вскрикнул Хэнк - Я должен признаться!
- Тебя возбуждают мои прикосновения? - засмеялся Бродяга.
- Нет. - на полном серьезе, будто бы не понимая шутки, ответил Хэнк - Я встречался с Линой!
Бродяга убрал руки от его лица.
- Ты с ней спал?
Хэнк удивился.
- Нет! В смысле, да, но не как с какой-нибудь шалавой. Мы с ней встречались, по-настоящему. Даже в любви признавались друг другу...
- Твою мать, Хэнк! Почему ты раньше молчал?
Хэнк вскочил с пола в возмущении.
- Когда бы?! Я только вчера узнал о ваших отношениях! Ты же, блять, не рассказываешь не о чем! «Всерьез ли» только и думаешь!
Хэнк взял пачку и закурил сигарету, но вряд ли это было на нервной почве, просто уже такие наркоманы как его легкие, все время требуют подпитки тем легким наркотиком, которые мы называем сигареты.
- При всем моем уважении Хэнк, я не буду с ней расставаться... Я ее люблю...
Хэнк засмеялся.
- Ты меня не понял, - говорил с полным ртом дыма Хэнк - я этого и не прошу, я даже не ревную. Ты знаешь мое отношение к девушкам. Просто хотел, чтобы не было никаких недоговорок. Мы были, мы спали, мы расстались. Точка...
Бродяга подошел к другу, взял сигарету сделал одну большую затяжку, выдохнул ее в Хэнка и с улыбкой победителя сказал:
-Ну, вот и прекрасно...
17.10.07.
- Лина... Лина... - все гадал Хэнк сидя в кафе со своей новой знакомой - Это Ангелина?
Девушка отрицательно махала головой.
- Анжелина?
По прежнему «нет»
- Альбина? Вилора? - вдруг воскликнув - Галина?!
- Алина.
Хэнк вскрикнул:
- Черт! И как я мог не догадаться!
В тот же вечер Хэнк и Лина пошли в кафе, как вы думаете какое? NightTime был популярен в их городке, и вся молодежь стекалась в это, в дневное время кафе, а в ночное - бар заведение, с наступление вечера, не говоря уже о ночи. Вот и эта парочка решила здесь разукрасить свой скучный серый вечер, что им прекрасно удалось. Лина уже потом благодарила Хэнка, за такое приятное времяпровождения, как этот день. По ее словам парни пытались затащить ее прямо в универе в мужской туалет и там засунуть своего зверька, который, зачастую, правда, оказывался лишь маленьким зверьком. Они смеялись, выпивали, но все время что-то легкое, Хэнк бокал пива, она вино и шампанское, но в этот вечер и с этой спутницей Хэнк хотел не грязного спаривания, а затем и такого, же разрыва, а действительно приятного общения и возможно продолжения ужина, плавно перетекающего в завтрак.
Романтика, твою мать, Хэнк заводился от одного ее голоса. И я говорю не о любви, а о чисто мужской потребности, которая у него просто орала вкушая аромат ее волос, вид аккуратной, не огромной и не маленькой груди, у нее была именно грудь, а не титьки, и ее ножки которые иногда касались его ног, зашкаливая тестостерон до максимума.
- Я вообще люблю читать, - призналась она - и этим горжусь.
- Лично я, - подхватил ее Хэнк - после фразы человека «Я не люблю читать», слышу все остальные его слова как «Алалалаяумственноотсталыйлалалала».
Лина засмеялась.
- А знаешь ли ты, - снова начала она, сделав глоток вина - что в нашем институте еще есть не потерянные люди? Ты слышал про Хэнка Мендеса?
Как странно было слышать это... Это все равно что спросить «Ты слышал про Костю Вишневского?», ведь Хэнк Мэндес и был сам Костя, точнее его псевдоним взятый у своего любимого актера имя и отличного режиссера фамилию. Хэнк улыбнулся, но промолчал, заставив тем самым Лину продолжить свой рассказ.