Саша и сам понимал, что Хэнк не ровно к нему дышит и зачастую издевался над ним звав его с собой в клуб, в который один вход стоил больших денег или в стрип-бар в котором выступала какая-нибудь порнозвезда всех времен и народов.
Ничего не ответив Хэнк продолжил писать... Но не долго, в него снова прилетела бумажка.
- Да ладно Хэнк, я серьезно, пошли, там сегодня выступает бла-бла-бла - именно так, за ненадобностью, его слышал Хэнк.
Саша обязательно сказал бы про цену, чтобы еще сильнее подзадорить и оскорбить, но не успел, Хэнк показал ему средний палец и вновь отвернулся.
Гребанный мажорчик быстрее всех сделал сочинение и вышел из аудитории... Шучу, ничего он не сделал, за него все делали деньги. Он вкладывал в зачетку по пять тысяч рублей, в то время как все вкладывали по тысяче. Его мозг, если таковой вообще имелся, поперек был перешит купюрами его отца. Это только Хэнк умудрялся получить зачетку по русскому, переспав с учительницей и проплатить философию за то, что бросил дочь профессора в ее день рождения.
Выходя из аудитории Саша прошептал Хэнку с злорадной ухмылкой:
- А я пойду... И не один...
И не один... Эля, Элеонора... Девушка с соседней группы, которая безумно нравиться Саше, но уже в который раз отказывает ему в его предложении стать его девушкой. Какой же свиньей надо быть чтобы отомстить переспав с девушкой друга... Но ведь он и не друг...
Как обычно Хэнк прогулял пару, но на этот раз по уважительной причине: он утирал сопливый нос, педиковатому, эгоистичному и думающему, что весь этот херов мир крутится лишь вокруг него, мажорчику с ярко выраженной импотенцией, которой он хоть и стесняется, но о которой все знают, и возможно ставят зачет из жалости, думая, что у такого умственно отсталого паренька вряд ли что-то получится в своей никчемной жизни! Одним словом - Хэнк трахал Элю в туалете...
Потом он, конечно же, рассказал мажору, подмигнув Эле в коридоре, и в завязавшейся драке сломал Саше нос, но эта история не требует глубоко рассмотрения. Просто следует знать, что Хэнк не упал лицом в грязь, которую намешал для него ебучий мажор.
Выходя из туалета он застегнул ширинку и, достав сигарету, засунул фильтр в рот, но не успел выйти на улицу где все курили. Его страстно и жестко одновременно, как бы это странно не звучало, но попытайтесь себе это представить (ведь это было именно так) схватила за ворот рубашки девушка и потащила обратно в туалет.
- Здесь не курят Вишневский! - шептала она.
- Да я и не собирался... Вик, что ты делаешь?
Она затащила его в обоссанный, тупоголовыми, в своем большинстве, студентами, и даже, если говорить честно, некоторыми преподавателями, туалет и, прижавши в угол, схватила за пах своими крепкими, как оказалось, и с длинными ногтями руками.
- Вот мы снова вместе Костик! - шептала на ухо ему девушка, расстёгивая ремень и заедавшую ширинку Хэнка.
- Не могу не радоваться, - скептически, с неохотой, но при этом не трогая девушку, мол, пусть сосет да слушает, говорил Хэнк - но туалет не лучшее для этого место.
Девушка оторвалась от его губ, которые нежно покусывала и, быстро дыша, имитируя возбуждение, сказала:
- От чего же? Раньше тебе и здесь нравилось!
- «Раньше... Как будто мы часто здесь трахались, - думал Хэнк, при этом не отрываясь от поцелуев девушки - Было то один раз... Но как я тебя... А! Что за черт?!»
-А! Что за черт?! - повторил Хэнк, но уже вслух.
- Прости - говорила девушка, сильно прикусившая его губу.
Она достала его член, все целуя и целуя губы Хэнка. Он полез к ней под свитер... Грудь... Голая грудь... Его рука переходит на спину и спускается все ниже и ниже... О, да у нее стриги... Хэнк держит в своих сильных руках ее, поистине великолепную, задницу. Напряжение растет пропорционально сексуальному возбуждению и вдруг... Девушка бьет Хэнка по яйцам...
Хэнк на половину от боли на половину от шока раскрыл рот и не мог сказать ни слова. Будто бомба взорвалась в его шарах. Он сдерживал крик, чувствуя, как Хэнк младший орет во все горло матершинное «Какого хуя?!». Но беда не приходит одна. Хэнк, подобно солдатам раненным в ногу и сжимавшим палку в зубах, дабы уменьшить, хотя бы на подсознательном уровне, боль, схватился за трубу, которая оказалась наколенная проходящей по ней водой.
Блядь! Да какого, вообще, хера труба оказалась горячей?! На дворе июнь заканчивается, а они транжирят людские деньги, пуская по трубам, никому не нужную, в это время года, горячую воду! Как потом оказалось, вода текла лишь в туалете и лишь для уборщицы, которой не хочется мыть весь универ ледяной водой... Сучка...