Прилетев в этот еб... В этот город, мы влились в местную мафию, к солидным и шикарно одетым гангстерам, у которых были свои виллы, особняки, и конечно же коробки от холодильников. Мы снова стали жить с бомжами, которые на полном серьезе твердили нам, что они банда. Главным был Саша Белый, я до сих пор не могу понять почему, они говорили лишь одно: « Это наш российский юмор, тебе, жопе импортной, не понять!».
Но если честно, какими бы шизонутыми эти вшивые, в прямом смысле, люди не были, они помогли нам с братом подняться. Ну как помогли... У Саши, заболела его единственная самая дорогая штучка в его бедном мире... Его член. И уж я не знаю, какая у него была болезнь, но денег на лечение нужно было немало и они решились на преступление. Они, но не мы...
Белый, со своей компанией перехватили «Газель» с продуктами, но практически ничего из нее не взяли. Только деньги на бензин, да и кое-какие тысячи из кошелька водителя.
Самое интересное, что машину угонял и мой брат, и когда всю их шайку перехватили копы, он успел на ней уехать и скрыться под мостом, где мы и жили.
Только сейчас я понимаю, что рассказал он мне про эту машину с продуктами только для того чтобы я помогла ему с деньгами...
Вот так у нас и зародился бизнес. В семнадцать лет мы с братом открыли первую палатку, через год вторую, а через десять лет, магазин.
И как я могла ему не доверять? Он вырос, в двадцать семь лет он стал красавцем - сильным, смелым, гордым. И я согласилась на том, чтобы гендиректором магазина стал именно он. И все шло неплохо, мы продавали еду, химтовары, даже игрушки детям. Затем мы открыли цветочный отдел и наняли продавцов.
И вот однажды, когда я пришла в НАШ магазин, меня не пустили два громилы. Суки, врезали мне пощечину тыльной стороной руки, когда я попыталась силой пропихнуться сквозь их две лысые туши. И как вы думаете что они сделали потом? Они сказали: «Вам запрещено, появляться в магазине нашего хозяина» И как вы думаете, чье гнусное имя они именуют «хозяином»? Это имя моего сученыша! Эта гнида вычеркнуло меня из списка владельцев, а что самое главное, из списка директоров магазина. Сука! Других слов нет! Точнее есть, но если я их начну говорить, пленка вашего магнитофона зажуется и этот ваш аппарат сожрет сам себя со все своим дерьмом, которое вы в него, со всеми своими допросами таких же убийц, как и я, напихали под завязку... Смотрите, оно уже лезет... А нет это пленка...
Конечно же я встретилась с ним. Далеко не сразу. Я его отловила и прижав к стене спросила очень вежливо: «Какого хуя, ты твареныш мелкий делаешь? После всего что сделали вместе, ты так просто, без заозерья своей ебучей совести, меня кидаешь?! Ты просто кинул меня на деньги, сука!» Последней фразе меня научил Саша Белый, он так часто говорил своим бездомным психам. И эта сволочь, с улыбкой, через которую коричневой ржавчиной блестят его пожелтевшие зубы, от курева полыни (он только ее и курил, с самого детства, когда ничего другого не было, до конца жизни). Он говорит мне: «Этого добился я, а не мы... Катись к черту. Ты была лишь помощником, я тебе так и платил. Пожалуйста, - говорит он мне - бери свои заработанные деньги и открывай свою палатку!»
Он развернулся и пошел... Мою ярость было просто невозможно передать словами и я, в состоянии аффекта, прошу это учесть, схватила какой-то камень и ударила его по голове... Он рухнул... Намертво... Потом вы меня арестовали...
В общем то и все...
Это было чистосердечное признание Ригги, полицейским, которые арестовали ее и записали все признание на кассету магнитофона.
Ригги действительно учли ее состояние аффекта и дали восемь лет строгого режима. После отсидки она действительно открыла свою палатку и потихоньку развивавшись, открыла и собственный магазин, но продавала она уже не абрикосы с бананами, а Винчестеры и Ремингтоны.
20.07.08.
- Черт! Черт! - кричал Хэнк осматривая заднее стекло, которого в общем-то и не было, и поцарапанный дробью зад отцовской Хонды. - Ну что я скажу отцу!?
Трое сидели в машине и дрожали, не веря в только что случившееся.