Сев за самым дальним и угловым столиком, парни, молча пили водку и курили. Пол с закрытым ладонями лицом сидел в углу и тихо повторял:
- Черт... Черт...
- Вадим... Вадим... - подзывал его Хэнк.
Да, именно так звали Пола. Его настоящее имя было Вадим, в честь его деда, который сильно ждал первенца своей дочери. Вадим был самым тихим и скромным в их разряженной компании. Он играл на басу в местной рок-группе, и они частенько выступали в своей школе. Летними вечерами Вадим играл и пел друзьям песни на гитаре. И как вы уже может быть догадались, его любимой группой была группа The Beatles, откуда он и получил свое, по сей день характеризующее его, прозвище - Пол, в честь басиста битлов - Пола МакКартни.
Но Пол не отвечал...
Тоха, прозвище, которого всего лишь было сокращением от его имени, потирал брови и, наверное, только и думал об одном, что делать дальше. Конечно, об этом думали все, но его сильнее беспокоило то, что он меньше всех знал о произошедшем в доме, и так, же понимал, что никто рассказывать ему этого не собирается.
Бродяга... Смешное прозвище... Никто уже толком и не помнил откуда оно у него. Давно в детстве, кажется, пошел с испачканными штанами гулять, ну, а какой друг не станет издеваться? « Ей! Ром, ты на бродяжку похож! Ха-ха» ну или что-то в этом роде, если конечно, еще и мата не было.... Так, наверное, он и получил свое прозвище. Которое прижилось сильнее имени.
Рома, а в компании Бродяга, второй человек который смотрел на все происходящее трезво, медленно попивая виски, не подавленный ни шоком, ни депрессией, он, молча, смотрел в одну точку, и по нем можно было с уверенностью сказать: «Он обдумывает план действий», в то время как в головах двух других было лишь «Ааа! Мне конец!» и «Ааа! Ему конец!»
Первым человеком, который не паниковал, был Хэнк. История появления его прозвища, может быть понятна не каждому. Его настоящие имя Костя, Костя Вишневский, но прозвище Хэнк так сильно ему прижилось, что даже его отец, услышав случайно как называют его сына друзья, сам стал иногда его так называть. Даже некоторые не строгие преподаватели в универе, которые не выделяют студентов как «Уважаемый Вишневский, прошу к доске», тоже называют его, как им кажется, забавным прозвищем - Хэнк.
Хэнк Муди - отец его прозвища. Тем, кто не смотрел, не понять, но был такой герой фильма, которому было характерно плохое поведение, курение, выпивка, обильное гуляние по женщинам, и много другой гадости. Но самое главное во всем этом было то, что Костя, как и сам Хэнк, был писателем. Хэнк уже профессиональный и прославившийся, а Костя только начинающий, студент второго курса журналистики. Но и у Кости была одна галочка в пункте «Слава». Он выпустил одну единственную, пока, книгу под абстрактным названием «Пролетая над нами», которая приобрела большую популярность среди молодежи того же института, под редакцией которого (но под псевдонимом)и опубликовался Костя. Друзья проведи неплохую аналогию Хэнка и как в последствии выяснилось Кости... Так и появилось его прозвище.
Хэнк тоже сидел за столом, с краю, и медленно курил, хладнокровно, как он по крайней мере пытался показать, размышляя, что делать дальше, и вот он решил...
- Еще бутылку водки! - крикнул Хэнк и потушив бычок сигареты в пепельнице, закурил вторую.
- Это твой план? - с возмущением сказал Бродяга - Нажраться?! А топом шатаясь идти по улице, что бы нас забрали в обезьянник?! А от туда нам как раз прямиком в тюрьму!
- Что ты разорался?! Я что ли нажимал на курок?!
Тут взвыл Пол, схватившись руками за уши:
- Заткнись! Заткнись!
Люди в баре стали оборачиваться на подвыпившую и шумевшую молодежь.
- Что «заткнись» Пол!? Всего бы этого не было бы, если бы твои шаловливые пальцы не надавили на курок!
- Всего бы этого не было бы, если бы ты не был таким гордым! - закричал Бродяга - Если бы ты нас не потащил в этот чертов дом! Вендетта, блядь!
Хэнк опустил голову, понимая свою вину, но тут же поднял, услышав грубое:
- Вы чего разорались? Вылететь хотите?
Это было первое предупреждение огромного шкафа, имя которому вышибала. Посверлив их буравящим взглядом, и не услышав, и без того очевидный ответ, он отправился назад в свою каптерку, где наверняка продолжит пить свое заработанное за вечер пиво и смотреть засаленную порнушку.
- Нельзя так просто сидеть, нам нужно что-то делать... - включился в разговор Тоха.
Хэнк был гадом. Он мог бросить девушку в ее день рождения, часто врал, много ругался с преподавателями, его вообще недолюбливали в университете и часто пророчили ему славу критика, который только и делал бы, что обсирал чужое творчество, качественным тухленьким навозом и скверно отвечавшим на любой показ таланта «Эээ, сойдет...». Он был натуральным эгоистом, циником и мизантропом, большая заноза в жопе дворового пса. Хэнк был козлом, но не по отношении с друзьями... Их он ставил на первое место, и всех приучил делать так же. Ведь ни один из них не сказал: «Да пошел ты Пол, ты налажал ты и убирай свое дерьмо», хотя каждый мог так сделать, учитывая то, что ни один из них прямого отношения к убийству не имеет. Каждый из них понимал, что нужно искать выход.... А больше всех это понимал Хэнк, ведь и в правду, это именно он потащил всех в дом Громова.