– Кстати, а где ребята все? Ты же говорил, что вас будет несколько, и девушки тоже придут?
Из-за всех моих переживаний я даже не сразу вспомнила, что должны прийти и его друзья.
– Парни уже ушли на «Торнадо», их просто невозможно удержать на месте, когда они находятся рядом с такими убойными каруселями, – крутит головой вокруг Матвей, точно также, как и моя дочь. Очевидно, кто-то сейчас тоже уйдет в безудержное веселье.
– Ну конечно, хоккеистам же больше негде хапнуть адреналина, кроме как на карусельках, – буркнув, я пытаюсь найти хоть какие-то аттракционы, где мою коротышку пропустят одну.
Если вы когда-нибудь были на хоккейных матчах, то точно поняли, о чем я. Никакая карусель и рядом не стоит, когда на льду начинается драка и хоккеисты, как большие медведи месят друга в тесто.
– Мы опоздали, потому что мама перемеряла кучищу платьев и туфлёв, – внезапно сдает меня моя шестилетка, будто сама не перебрала кучу леггинсов и футболок.
Закройте кто-нибудь рот этому несчастному ребенку. Я ее люблю безмерно, но иногда мне хочется пойти и убиться головой об стену.
– Туфель, – поправляю я машинально, – я просто выбирала, более удобную одежду.
Да, именно поэтому я сейчас шагаю в футболке с изображением панды По из любимого мультика Полины. Она буквально со слезами уговорила купить эту футболку, благо была распродажа.
Только потом я прочитала и поняла, что надпись на футболке переводится как «там где мягко, там и нежно» и находится она прямо на моей груди.
Остаётся только надеяться, что гуляющие в парки не знают английский настолько, чтобы понять весь абсурд этой надписи.
– Я так и подумал. Кстати зачётная футболочка, – играет Покровский бровями, – Мастер Шифу бы одобрил.
– Это случайная покупка, – нет, ну а что я ещё могу сказать?
– Случайности не случайны, Танюша Владимировна!
Ещё один поклонник толстой панды на мою голову.
– Ага, ведь именно это на футболке и написано, – очень надеюсь, что он не знает английского.
– В молодежке, я два года играл за «РафРайдерс» в Айове. Английский я знаю, настолько хорошо, что бегло прочитать надпись на футболке и восхититься твоим чувством юмора, мне не составило особого труда. Но моя бабушка всегда меня учила оставаться джентльменом и не ставить женщин в неудобное положение, поэтому сделаем вид, что написано там именно это, – подмигивает мне этот злодей.
Ага, ну все, можно идти и убиваться об стенку. Покажите мне здесь стену покрепче, чтобы наверняка.
– Матвей, мама, я хочу на колесо «оборзения», ты всегда боишься, но сейчас поставили новое и там даже закрытые кабинки!
Покататься на колесе «оборзения» – идея фикс моей дочери.
Но высоты я боюсь ещё больше, чем оставить ее с кем-то и потерять. Или одинаково! Не могу сейчас точно сказать, потому что от одного ощущения что я буду подниматься так высоко, утренний завтрак начинается неумолимо двигаться к верху.
Вселенная сегодня сжалится надо мной, или продолжит стебаться, я не пойму!
– Полина, ты знаешь, я не могу кататься на этом аттракционе. Проси, что хочешь, но туда мы не пойдем.
– Ну мамочкаааа! Пожалуйста! Бабуля говорит, что нужно бороться со своими страхами!
Чтобы эту бабулю с ее советами!
– А ещё Матвей будет с нами! И будет вообще не страшно! – не унимается дочь. Ну конечно, очевидно, что все мои загоны разбегаются в присутствии Покровского в разные стороны.
Скорее наоборот, рядом с ним я превращаюсь в такой концентрированный пучок страхов, комплексов и других моих заморочек, что даже не всегда могу собрать мозги в кучку.
Мне кажется, иногда он думает, что я туплю.
Я не туплю, но, чтобы сказать что-то дельное, мне нужно собраться. Ляпать все что лезет в мою болезную головушку, не мое жизненное кредо. Это прерогатива моей дочери.
Как оказалось, Покровский купил билетов на пять поездок на колесе, и на меня тоже. Видимо, одной мучительной поездки для меня недостаточно, нужно пройти все круги этого адового колеса.