- Так против чего боролся папа? – пыталась выяснить Юна.
- Не «против», а «за», Юна! Он боролся за то, что человечество ещё не готово принять…
Больше Юна ничего не смогла выведать у старика. Он говорил, что ушедших нельзя тревожить.
- Твои родители сейчас в другом мире, дитя. У них там очень много важных дел. Не нужно отвлекать их мирскими заботами, иначе любовь к тебе и страдания от разлуки займут их мысли…
Дедушка очень любил внучку. Её энергичная, неуёмная натура словно подарила ему вторую молодость. За Юной всегда следовали какие-то волшебные силы, то подбрасывая ей интересные загадки, разгадывая которые Юна проявляла недюжее упортство, то подставляя ей ветки, когда девочка летела вниз с дерева, то подкидывая ей брошенных или раненных зверьков, о которых девочка исступленно заботилась. Поначалу старик облегченно вздыхал, благодаря высшие силы, но со временем у него появлялись поводы для беспокойства.
Однажды, когда девочке едва исполнилось шесть лет, они спокойно коротали вечер в кабинете. Старик работал за письменным столом, а Юна что-то тихо напевая себе под нос, перебирала безделушки, стоявшие повсюду на полках вдоль стен. Все эти статуэтки, вазы и украшения дедушка привозил из самых разных мест империи. Вдруг он обратил внимание на песню, напевающую Юной. Всё бы ничего, но выговор слов куплета не мог быть знаком Юне. Этот диалект вообще не принадлежал ни одной из провинций империи, уж старик в этом был уверен однозначно. Причём, слова Юны лились стройным изящным строем, да и для бессвязного лепета девочка была уже довольно взрослой. Дедушка поднял глаза и увидел, что Юна поёт, закрыв глаза и прижав к щеке свою любимую игрушку – металлическую птичку.
- О чём поёшь, Юна? – обратился к ней старик.
Девочка вздрогнула, распахнула глаза, растерянно взирая на деда.
- Деда, я знаю, где родилась эта птичка!
Птичка, любимица Юны, была выкована из металла и все её части от хвостика до клюва были подвижны. Дедушка когда-то заплатил за неё целое состояние, восхищаясь работой мастера, создавшего её. Он был уверен, что таких изящных механических изделий больше никогда не увидит. Купец, обрадованный сделкой, поведал ему о том, что выкупил этот шедевр у бродяги, который уверял, что нашёл птичку на берегу моря.
Она подошла к деду, нащупала какой-то рычажок под хвостиком игрушки, повернула его пальчиками, и вдруг, пичуга начала прыгать по поверхности стола, размахивать крылышками и чирикать. Старик обомлел, глядя на это представление. Кто бы мог подумать, что птица, находящаяся в его доме уже более тридцати лет и уже сама по себе являющаяся неповторимым творением, ещё и может проделывать подобное?!
- А ну ка… Как ты умудрилась заставить её шевелиться? – растерянно вопрошал старик.
- Да вот же, тут есть такая пипочка. На неё нужно нажать и повернуть. Ага… Вот так… Ура, получилось! – Юна хохотала и хлопала в ладошки, наблюдая как дед снова и снова заводит игрушку.
- Ты сказала, что знаешь, где она родилась… - вспомнил вдруг старик.
- Ой, деда… - девочка прижала ручки к щечкам – в том месте тааак красиво! Мастер Вигор работал над ней три месяца. Тяжелее всего ему дались соединения, которые позволяют ей двигаться. Но он делал её в подарок своей дочери, потому очень старался успеть в срок. Я видела, как обрадовалась девочка подарку. Ещё… Ещё она умела летать, а сейчас почему-то не может.. – расстроенно заключила Юна.
- А место? Где жил мастер Вигор?
- Он жил на берегу океана в замке из стекла и металла. И у него была красивая большая лодка с парусами небесного цвета. Он ходил на ней по водам океана…
- Что ты выдумываешь, Юна?! Откуда такие фантазии? Это каких-таких сказок ты начиталась?
Девочка насупилась, обиженно показала старику язык и со словами «сам ты врушка» села на тахту, сложив руки на груди.