- Только не вези меня к мамке. Прибьет она меня. Давай к себе.
Давид сморщился и отодвинул обмякшее тело. Шура больше не возбуждала его, момент юного очарования был безвозвратно утерян. Парень смотрел на юную девочку, съежившуюся в траве, и испытывал только липкое омерзение. Он видел в ней лишь примитивный, жалкий кусок мяса, от которого надо было избавиться, чтобы не иметь проблем с законом. Собрав с трудом остатки человечности, Давид узнал адрес и вызвал такси. Полутруп бедной Шурочки привезли на окраину города, где вместе с водителем затащили тело на девятый этаж. Затем Давид прислонил девочку к дверному косяку, предварительно усадив на холодный бетонный пол. Кнопка звонка тревожно отразилась в быстрых шагах убегающего кавалера. Парень лихо удирал с места преступления, не испытывая при этом ни малейших мук совести. Шуру он больше не видел, да и не хотел видеть.
С тех пор женщины стали ему как-то неуловимо безразличны. Он устал от их откровенной глупости, предсказуемых попыток соблазнить выгодного жениха и удержать его всеми силами. Сайт знакомств пугал в банальном однообразии. Он наблюдал за тем, как люди дружат между собой, потом расходятся, еще позже вновь возобновляют забытые контакты, и скука томительной силой вновь накрывала его уставшее сердце. Все это Давид уже видел, чувствовал и попробовал, ничто не вызывало прежнего ощущения живой силы вдохновения.
Биполярная депрессия вновь давала о себе знать, намекая на цикличность восприятия. Трагедия кажущегося многообразия исказила его давно забытые мечты. Давида посетила мысль, что из-за этой фальшивой суеты, вымышленных образов человек никогда не может сосредоточиться на главном. Ведь главная истина всегда единственная, так было изначально задумано самой природой и Богом. Свобода выбора не приносила облегчения, а, наоборот, бесконечно запутывала и отдаляла от основной цели. Мама рассказывала ему, что познакомиться с человеком в прошлом было довольно сложно и, достигая заветного берега, люди дорожили тем, что имеют, постоянно боясь утратить. Виртуальный мир с его невыносимой легкостью и скоротечностью являлся, по сути, гибельной катастрофой. Иллюзорная свобода приводила к своеобразному размыливанию страха и ответственности, портила характеры. В огромном количестве возможностей современного мира человек не становился богаче и сильнее, он приходил к утрате истинных ориентиров, цельных и четких. Средневековье имело единого Бога, начало XXI века изобрело лишь ущерб рассеянного безразличия. Целенаправленный контроль провозглашался извращением. Мотив и цель стали признаком узкого мышления. Человечество постепенно привыкало к пульсирующей бездумности случайных кадров.
IX
Стремление к простоте с замахом на элитарность - невыполнимая задача. Давид четко осознавал, что лишь простота, правда и естественность создают великие произведения, но сам он был слишком сложным механизмом, разболтанным по всем сторонам света. Желание соединить все воедино и при этом остаться доступным и понятным массам медленно уничтожало его. Фрагментарная раздробленность отдаляла его от гениальной цельности. Он знал все, но это не приносило счастья, а лишь давило грузом ответственности. Рассказы его о накопленном знании всегда были неким нравоучением, неприступной крепостью. Люди рядом с ним робели, но попытки задать вопрос о неизвестном изначально воспринимались как слабость, посягательство на то, что следовало знать гораздо раньше.
Лиля вошла в неприступную дверь и смущенно осмотрелась по сторонам. Любовь к Давиду следовало заслужить, а для этого у девушки пока было слишком мало знаний. Его следовало удивлять, и Лиля, четко осознавая, что способов поразить человека, который знает почти все в мире, у нее мучительно мало, решила первым делом обогащать свой внутренний мир. К ее скрытой радости, объект ее любви, обладая энциклопедической точностью, методично собирал все накопленные достижения в виртуальные списки. Вероятнее всего, Давид просто не задумывался о том, что приносит свет в массы, но желание блеснуть на фоне аморфного общества не давало ему покоя даже в интернете. Внимание к деталям обеспечило парню значимый успех в капиталистическом обществе. Он словно заранее обмотал себя неприступными цепями накопленных знаний и, прежде чем подобраться к его вниманию, следовало разорвать и изучить все звенья. Лиля пока лишь бродила в тумане, нащупывая холод металла, но сердце ее уже было полно решимости. Если жизнь до сих пор дала ей только случайный набор книг и фильмов, навязанных извне, то это следовало изменить. Лиля не обладала роскошной внешностью и семьей, выходящей за привычные рамки интеллектуального развития, но она имела гораздо больше - страстное любопытство и желание выйти за пределы доступного. Судьба предоставила ей уникальный шанс, создав безлимитный интернет и вручив список тех вещей, которые следовало изучить. И Лиля незамедлительно воспользовалась этим подарком провидения. Любовь же служила ей живым стимулом и напоминанием о цели. Так в ее жизнь вошел артхаус.