- Милая Лили, мой свет, я сейчас постараюсь Вам ответить, только хочу прояснить один момент. В «Хазарском словаре» Павича не был упомянут Ваш покорный слуга, который любил читать все книги, кроме Павича, потому что однажды его книгу он, расслабившись после ужина, прочел нечаянно наизнанку и от испуга отпустил грехи всем владельцам свиноферм. По преданию, когда Давид брал книгу Павича или любого другого автора с буквой «в» в середине фамилии (от шока развилось глупое симметричное суеверие), или наоборот «ф» - глухим зеркалом предвкушаемого ужаса, его уши сворачивались в трубочку, и он, положив их на рельсы томления, взятого на пятнадцать минут в долг у вдохновенных поэтов ренессанса, укатывал в такие глубины огнедышащей радости, что иногда, превысив скорость, с разбегу целовал самые ворота пекла, не понимая, что это и есть зеркало. Так и эти «в» и «ф» – электромагнит, который его и притянул, а теперь отталкивает, и поэтому никогда не получал взамен желанного, и виновато оправдывался перед читающими «Хазарский словарь» Павича посетителями, пытаясь превратить поэзию в шутку. «Я плюнул туда, а меня не то что не смыло, но никто и не заметил»,- так я им и говорил. Некоторые записи мои надо толковать лишь как попытку имитировать на скорость гипертекст «Словаря». Это будут отмечать потомки, поверьте мне. А сам я, снова оправдываясь и пытаясь по-свински обмануть критиков, говорил: «Какое блаженство, когда можно наматывать хоть две катушки в час этой манящей прозы, чтобы бережно положить их в свои же уши, свернутые трубочкой!». И заметьте, Милая Лиля, что написал я сей опус за три минуты двадцать восемь секунд. Даже Павич заплакал и от зависти кусал локти! А по правде, нарушил литературу - Платонов. Павич - повторяка! Однако усугубил, довел до критического безумия. Тот еще лысый черт.