- Милая Анна! Я сейчас лежу и перелистываю в памяти женские лица, все, кого я лично знал. Знаете, прихожу к выводу, что если смотреть объективно, Вы - самая красивая, кого я знал лично! Вы скажете с присущей Вам прямотой, что это как бы громкое заявление. Верьте мне, это не подкат на рельсах лести, а скорее объективное размышление. Давид знает, что такое лапши навешать, но это не тот случай! Сегодня я бескорыстен и правдив как медный колокол. И даже вспоминаю тех, кого горячо любил или даже люблю – блин... они же реально все некрасивые, сравнивая с вами!! Ну... не очень - скажем так! Только Наташа была ничего. Только никому из баб не говорите, а то мне крышка. Я вам потом фото покажу, и вы согласитесь, что это вполне объективно... почти никто. И еще красотой мне очень нравится актриса Джин Сиберг из кино с Бельмондо... ах, какая она красивая, совсем как Вы! Я смотрел фильм и постоянно думал, что нет краше женщины на всем земном шаре. К сожалению, она пребывала на своей волне и рано умерла от героина. А так, если честно сказать, очень, очень мало женщин, про которых я бы сказал: «Да! Красивая!». Если объективно - красавиц почти нет в нашем сером мире... Зато влюбишься, и, кажется, ничего вроде... причем любишь адски, любишь и знаешь – полная уродина! Ни одной гармоничной черты, а в мыслях отделаться от стервы не можешь - с кем не бывало? Истинно красивых женщин почти нет на мой субъективный взгляд. Если бы я сказал эту крамольную мысль во всеуслышание, люди бы возопили: «Да на себя посмотри, чмо!! Что ты себе позволяешь в приличном обществе? Заткнись, страшилище кривое!». Да, они, несомненно, правы! Давид ни на что не претендует, да и ведь у каждого свои взгляды на красоту. Я просто так подумал, пока залип на Вашу фотографию. Ставлю лайк честный, как совесть матери Терезы! И Джин бы поставил от души! А часто бывает: ставишь лайк, можно сказать, просто так, для вежливости. А то бабы обидчивы, знаете ли, дуются потом! Но Вы…такая неземная, пленительная, космический персонаж из невесомости. Я бы хотел работать в Голливуде продюсером и проталкивать Вас в самые красивые фильмы. Но Вы бы все равно были красивее и затмевали собой все декорации и спецэффекты. Снитесь мне постоянно. Просто сидите напротив, тихо улыбаетесь. И я падаю в полуобморочное восхищение. Молюсь на Вас, как на икону. Светлый мой, ненаглядный лик. Обожаю!
- Ослепительный ангел Юлия! Быть актрисой - это высшая степень женственности. Вот именно так я думаю, глядя на Вашу фотографию. Девочки, которые оставляют восхищенные комментарии - молодцы, а что мужчины сюда не пишут - козлы! Но Вы не гневайтесь, я знаю мужскую психологию. Лежит мудило в ванне, пузыри пускает, а написать хвалебное слово никогда не решится. Не дотянуться скромному насекомому до Вашего божественного величия во веки вечные. Кудри Ваши подобны сладкому плену, глаза - глубоким озерам. Уста же Ваши медоточивой лаской спрятаны глубоко в моем страдающем сердце. Однажды мы соприкоснемся в высших сферах, на тонком плане, и Вы вдали вновь улыбнетесь мне туманностью обещания.
- Прелестная Диана! Моя роковая роза, бурлящая в шелковом пламени своих лепестков. Я хочу окунуться в Ваш страстный, огнедышащий лик, отдаться на волю чувств. Кому нужны холодные, бесстрастные цветы, пребывающие в спокойствии? Ведь умиротворение холодно, а я жажду огня и плоти. Я часто называю отъехавших из реальности барышень Снегурочками. Удивительно, оказывается, если переставить буквы, из слова «снегурочка» может получиться не только «огнесручка», но и «негросучка». Вас это не забавляет, моя пульсирующая нежность? Обещайте мне ласку своих жадных лепестков, свою душистую негу.
Все вибрации игры были непостижимо точны и пленительны. Ни одна живая душа, привыкшая к серости дней, не могла устоять. Она неизбежно попадала в сеть пленительной серенады, выходящей за пределы обыденности. Давид не просто писал тексты, он таил мели и утесы под обворожительной пеной песни. Чары обволакивали жертву плотным облаком, обрекали на зависимость и служение. Лиля, окаменев в изумлении, в растерянности читала последний статус Давида, пугающий своей преднамеренной жестокостью. Безжалостность записи уничтожала остатки доверия. «Чем крепче ты меня любишь, тем сильнее ты себя ненавидишь!!!» - кричали буквы. Палач, чуждый сострадания, опустил топор на душу, залитую слезами. Лиля окончательно закрыла страницу друга.