- Да будет тебе известно, что третий вариант - твой. Я почему-то искренне убежден в твоем предназначении для этого пути. И хоть ты закрылась на все засовы и сковала себя религиозными догматами - от правды не скроешься. Жизнь заставит тебя, принудит к движению. Сколько бы ты не противилась течению истины, настанет день, когда иррациональный фактор с фатальной неизбежностью толкнет тебя к отрицанию стада с его проторенной тропой. Ты выйдешь за пределы радуги. Ты сейчас как Алиса в стране чудес, а нора уже открыла свою глухую бездну, поджидая момента непроизвольной слабости. Твое предназначение проснулось, оно словно высший закон, от которого невозможно уклониться и сбежать. Жизнь неумолимо подтолкнет тебя в сторону необыкновенного. Рано или поздно ты увидишь собственный закон и покоришься ему, как если бы это был демон, который искушал тебя окольными путями. Кто, если не ты, имеет предназначение высшего толка. Ты со своей сверхчувствительностью неизбежно услышишь зов глубин и покоришься, и придешь к истине. Ты была рождена отсутствующей личностью. Затеряться для тебя - естественный вызов духовной смерти и скуке. Сдвинь точку сборки и обретешь сокровище. Страхи навсегда покинут тебя. А это то, о чем я могу только мечтать.
- Я думаю, что ты обрекаешь меня на добровольное сумасшествие. Благие намерения - спорная вещь. Учение дона Хуана - западня для интеллектуалов, особенно для начинающих. Без привычки и хорошего иммунитета к вывиху мозга, играм разума и умению всегда возвращаться, туда желательно не соваться. Дефлорировать обыденное сознание лучше чем-то более щадящим и простым. Кастанеда разрушает основы любой веры.
- Да, верно. Прочитав эту книгу много лет назад, я понял, что больше не верю в Бога. И вообще больше ни во что не верю, кроме языческой силы природы, но способен удивляться и радоваться каждому прожитому дню. Эта радость познания до сих пор со мной, и мой путь наконец обрел сердце. И я бесконечно благодарю судьбу за тот миг, когда я впервые посмотрел на свои руки во сне. С тех пор мне всегда снится цветное волшебство истины. Я не могу избавиться от гордыни в силу моей внутренней убежденности в ее важности, но я смог прикоснуться к тени смысла. Даже дотронувшись до края свободы, я вздохнул глубже и проглотил Солнце. Практика созерцания, стирание личной истории, доступность силе - как много знаний я приобрел, благодаря одному случайному автору. А сколько их раскидано по нашей планете, скрыто от любопытных глаз. Я не могу отвергнуть разум, но ты, Лиля, со своим чистым сердцем, со своим интуитивным прозрением способна сломать границу неба. Ищущий да обрящет, жаждущий да напьется. Ты не нуждаешься в психоделических веществах, ты слишком сильна для подобных фальшивых подпорок. Просто молю тебя, попробуй хоть один раз метод осознанных сновидений. Когда ты ляжешь в кровать следующей ночью - думай об этом разговоре перед сном, усиленно вспоминай его. И уже во сне пойми, где ты находишься, отдели бодрствование от погружения в мир духа. Взгляни на свои собственные пальцы, а дальше само сердце приведет тебя в чарующий мир новых открытий. Вырвись через прозрачный потолок к неведомым звездам. Познавший предельное восхищение в астрале, неизбежно вступит на путь света. Все остальное в обыденной жизни покажется пресным бесчувствием. Земля, где цветы распускаются прямо на небе, а волны лелеют песни ангелов, завораживает. Просто ощути миг блаженства, поддайся неприкрытому очарованию, и мы впредь утратим все слова для ненужных споров.
Первородное зло всегда обладает даром соблазнения. Дьявол редко предстает перед нами в первоначальном образе. Правда слишком проста, коварство переливается всеми гранями обаяния. Кто заметит каплю росы на фоне радуги? Кто обратит внимание на руки строителя, воздвигнувшего дворец? Погибель всегда приходит в притворном сиянии красоты. Искушение многолико, сердце простого человека беспомощно. Лиля закрыла глаза, и сон наконец-то вступил в свои законные права.
XIV
Луна покрывала серебристым светом листву деревьев. В воздухе робкой лаской струилась ночная прохлада. Пятна призрачного света выхватывали у черных теней ненасытную жажду обладания. Сырая тишина накрыла сочные травы. Лиля не различала их в кромешной тьме, но явственно чувствовала вкрадчивость прикосновения стеблей под ногами. Она долго стояла и вглядывалась в черное небо, разодранное лукавством звезд. Нечто влекло ее к тайному зову светил, возбуждало подспудные желания. Привычное стрекотание и звон насекомых словно угасли в бессилии терпкого воздуха.