Показав достопримечательности Минска, они уселись в железнодорожном кафе в ожидании поезда. Тетя, скромная женщина, живущая на одну пенсию, одинокая, без помощи мужа, со всей силой славянского гостеприимства оплатила заказанный ужин. Сама она робко пила чай, держа чашку дрожащими руками, в уме прикидывая, достаточно ли она взяла с собой денег, чтобы гости были довольны. Она долго готовилась к этой встрече. Обновила ремонт в квартире по мере своих скромных возможностей, старалась составить план интересных мероприятий на предстоящую неделю. Женщина была так рада увидеть людей, которые предоставили ее внучке возможность отдохнуть в чистом от радиации месте. Благодарность лилась стремительным потоком, а гости не брезговали ей воспользоваться, тут же без стеснения заказав самые дорогие блюда и крепкий алкоголь. Французы мало обращали внимания на красоты Минска, но вид бутылки коньяка, тускло мерцавшей в сумрачном свете кафе, тут же возбудил их любопытство. Опрокидывая рюмку за рюмкой, старая дама обмякла, румянец выступил на ее морщинистых щечках. Она сделалась говорлива, непрестанно трещала на птичьем языке, флиртовала с немногословным любовником. В поезде кокетка мгновенно упала на колени к своему возлюбленному и заснула, уткнувшись носом в милую ее сердцу плоть, предварительно сняв элегантные туфельки. Тут же в воздухе возник концентрированный запах немытых стоп. Француженка не волновалась за окружающих, ей просто было хорошо в текущем моменте пьяного счастья.
Тетя накрыла стол у себя дома с обильным радушием. Все родственники были приглашены на встречу с иностранными гостями. Учительница французского языка, работавшая в фонде напрямую с принимающей стороной за рубежом, переводила иностранные слова. Семья Лили в интеллектуальной сдержанности никогда не злоупотребляла алкоголем. Бокал вина мог скрасить целый вечер в приятной компании. Французы воровато осматривались по сторонам, силясь осмыслить, почему «вечно пьяные русские» не наливают очередной бокал. Они не озвучивали напрямую свое удивление, но оно сквозило в пристальных глазах, в юрких ухватках. Когда Лиля встречала очередного гостя в коридоре вместе с родственниками, то французы остались в зале одни. Девушка решила, что не вежливо оставлять людей наедине в незнакомом месте. Она вернулась в комнату, но застыла в проеме, ошеломленная увиденным зрелищем. Французы со скоростью света наливали себе рюмки и жадно опрокидывали стопку за стопкой. Вытаскивая из жестяной коробки неизвестные таблетки, они заглатывали их, проворно запивая алкоголем. Заметив Лилю, они тут же вернулись к столу, непринужденно продолжая ужин. В скором времени наркотические вещества, смешанные с изрядной дозой спиртного, начали приводить иностранцев в состояние ликующей эйфории. Исполнив все французские песни, пришедшие на ум, зарубежные гости созрели для доверительной беседы. Язык у дамы полностью развязался, и учительница еле успевала переводить восторженную исповедь.
- Родилась я в маленьком городке на севере Франции. Семья у меня была не богатая, еле сводящая концы с концами. Отец, фермер, настолько любил мать, что, как только она наклонялась в огороде над грядкой, накидывал ей юбку на плечи и исполнял супружеский долг. Да, это была настоящая любовь, ни больше ни меньше. Стоило позавидовать. Я, плод этой любви, появилась в семье третьей. Всего детей было двенадцать, мать никогда не предохранялась. Она не брила интимные места, не знала противозачаточных средств. Простая, деревенская женщина с добрым сердцем. Отец ей постоянно изменял, но она была кроткой, ласковой, невзирая на постепенное охлаждение чувств со стороны супруга. С детства еды не хватало, мы были приспособлены к тяжелой работе. Я донашивала одежду старших братьев, гнула спину на огороде изо дня в день. В четырнадцать лет сосед за оградой позвал меня, напоил вином и изнасиловал. Так я стала женщиной. С тех пор мужчины постоянно присутствовали в моей жизни. Возрастные, юные, я знала их всех. Кто-то угощал меня мороженым, кто-то покупал туфли. Я стала жить легче. В семнадцать лет в меня влюбился студент. Была я довольно мила в то время: с пышными щечками и красивой грудью. Виктор Гюго сказал: «Бог делает женщину прекрасной, а дьявол - хорошенькой». Это позже я стала толстой коровой и была вынуждена поставить себе кольцо на желудок. А в то время я хорошо знала, как завлекать парней юными прелестями, да и гардероб мой поправили ухажеры. Не стыдно было людям показаться. Вот он и запал. Женился на мне, сыграли свадебку. Отношения у нас были свободные, никто не сдерживал друг друга в порывах страсти. Секс - это не любовь, а мы любили друг друга, только что налево похаживали иногда. Родился у нас сначала маленький мальчик, через два года - девочка. Загляденье было, а не жизнь, все люди завидовали. Муж окончил университет, зарабатывал хорошо, ко мне относился с нежностью. Но спустя семь лет ушел он к другой, более молодой студентке с упругим телом, своей ученице - как тут осудишь. Молодость - есть молодость. Я и сама уже почти не питала к нему чувств. Влюбилась в хозяина мясной лавки до одури. Сильный был мужчина, страстный. Бывало, схватит меня в охапку и целую ночь любит прямо на кухне, аж стены тряслись. Не парень, а жеребец налитой. Влюбилась я как кошка. Только о нем и думала, как вспоминала - сразу в жар кидало. Сразу же мы с ним после развода и расписались. Первый год жили неплохо, только денег все не хватало. Но я привыкла к нищете, да и работы не боюсь. Выкручивались. Однажды я вернулась домой и увидела, как он насилует мою восьмилетнюю дочь в грубой форме. Огрела я его по спине черпаком со всей злобой. Удрал подлец прямо в открытую дверь, не задержался ни на минуту. Дочку прижала к груди, плакала над избитым тельцем. Не выдержала она, скончалась через три дня. Порвал он ей все внутри, глумился в пьяном угаре. Ребенок и не снес беды. Нам, взрослым женщинам, такое и то тяжко, а уж что об ангеле малом говорить. Похоронила я свое невинное дитя, развелась и долго судилась с мерзавцем. Но у него были подвязки в суде, вышел чистеньким, без единого наказания. Я долго находилась в лечебнице с нервным срывом, а потом пришла в себя и обратилась к ведьме. Там совершила ритуал и навела черную порчу на губителя. Вспомнила я, как тянул он за ноги мою доченьку, вцепившуюся тонкими пальчиками за стол, умолявшую о пощаде. И сказала колдунье: «Хочу, что у него самого отгнили все ноги, пусть Сатана тянет его за них в пламенеющую яму». Старая карга подмигнула, взяла мою кровь, воззвала с просьбой к демонам, а позже случилось настоящее чудо. Ночью во сне ко мне пришла моя маленькая и, улыбаясь, сказала, что схватит своего убийцу за стопы и больше никогда не отпустит, утянет за собой в иной мир. Она успокаивала меня со всей лаской детского сердца. Спустя полгода у насильника внезапно начался рак кожи. Плоть превратилась в кровоточащую кору дерева, ноги пришлось отрезать. Врачи были бессильны после материнского проклятия. Скоро он издох в страшных мучениях, как бездомный пес, смердящий, завшивленный, никому не нужный. С тех пор, после того как моя девочка была отмщена, небо стало ко мне благосклонно. Я встретила нового мужчину, певца, отбила его у молодой жены. Он полюбил мою силу и заботу, бывшая женщина требовала от него только денег и подарков. Мы всегда будем вместе, я уверена. С тех пор я преклоняюсь перед князем этого мира. Как только он появился в моей жизни, я вырвалась из плена и получила все. К черту религиозную одержимость моей матери! Что дал мне Бог? Только страдания и муки! С дьяволом я стала спокойной и успешной. В благодарность за его покровительство я выбила татуировку в честь моего истинного благодетеля рядом с сердцем. Не верите? Смотрите же, оцените мою верность!