Собравшись за столом в последний вечер пребывания французов, все сдержанно перекидывались разговорами. Искреннего веселья первого вечера уже не было, но надо было довести начатое дело до конца. Тетя пригласила иностранных гостей по собственному желанию. Даже если они осквернили ее чистые порывы во время своего пребывания, она не хотела закончить их путешествие на негативной ноте. Иностранцы не переставали удивляться блюдам, приготовленным собственными руками, обширному ассортименту стола. Они вкидывали в себя пищу с размахом прощального жеста, словно стремясь вобрать в себя максимум еды, с запасом на будущее. В какой-то момент пожилая француженка вдруг побледнела и резко выбежала из-за стола. Вернувшись через некоторое время, она стала вытирать пот платком со лба, пришепетывать в вялом усилии. Пьяный угар и недавний рвотный позыв сделали ее язык заплетающимся и максимально правдивым. Всколоченная, с прилипшими ко лбу волосами, размазанной тушью под глазами она вдруг разоткровенничалась перед присутствующими людьми. Вероятно, приступ слабости, сыграл с ловкой бестией коварную шутку и вызвал несвойственную откровенность. Обмякнув на стуле, с болезненной одышкой дама прохрипела:
- Прошу меня извинить. Дело не в плохой пище, а в том, что я переусердствовала и не рассчитала собственных сил. Еда такая вкусная, все так красиво, что просто залетает в рот. Я в какой-то момент забыла про кольцо на своем желудке. По правде сказать, хорошо у вас. Если бы меня спросили, где я хочу жить на старости лет, я бы выбрала вашу землю. Никто на улице не пристает, спокойно и комфортно, люди одеты так элегантно, как это было в нашей стране много лет назад. Ваша страна - это Франция, которую мы потеряли. Призрак из моего детства.
Лиля, поддавшись очарованию редкого настроения гостьи, спросила:
- Вы потеряли исконную Францию из-за колоссального притока мигрантов? Хаос менталитетов уничтожил сложившийся райский сад?
- Да, на улицах стало очень плохо. Вечером не прогуляться в переулках, везде грязь, крик, ругань. Кругом женщины в хиджабах, мусульмане, расстилающие молельные коврики прямо на тротуарах, закусочные и магазинчики с национальной одеждой на улицах. А еще гигантские палаточные лагеря беженцев и кварталы, в которых может быть не по себе даже среди бела дня. Кому повезло больше, тот спит на грязном пружинном матрасе, другие - на рваном картоне. Периодически полиция разгоняет палаточные лагеря, но они формируются вновь и вновь. Иногда начинает казаться, что оказалась в одном из городов Туниса или Марокко, причем далеко не в самом дружелюбном. Везде эти обманные маневры с голубями, красными ленточками, розами. Сущий ад.
- Я слышала, что приехавшие люди часто не оплачивают общественный транспорт, полагая, что их деды и так достаточно потрудились во имя развития Франции в колониях? Это правда, что более двух третьих от числа всех заключенных составляют представители мигрантских общин?
- Да, все эти приезжие арабы, афроамериканцы - невероятная боль нашего общества. Но они далеко не самое страшное, что есть в нашем мире. Есть проблема посерьезнее.
- Правда? В чем она заключается?
Глаза пьяной француженки вдруг загорелись гневом. Забыв, где она находится, давая волю искреннему презрению, дама выплюнула в воздух оскорбительную речь: