ДЭЙМОН
« И, возведя Его на высокую гору, диавол показал Ему все царства вселенной во мгновение времени, и сказал Ему диавол: Тебе дам власть над всеми сими царствами и славу их, ибо она предана мне, и я, кому хочу, даю ее; итак, если Ты поклонишься мне, то всё будет Твое» (Лк 4:5-7)
«Отойди от Меня, сатана, ибо написано: Господу Богу твоему поклоняйся и Ему одному служи» (Мф.4:10).
I
Сергей навсегда ушел из жизни Лили. Вспыхнув яркой звездой, горделивой и тревожной, он медленно угасал в обители покоя. Если звезда очень маленькая, меньше Солнца, она просто спокойно догорает в тихом затухании. Но она умирает долго и ворчливо, коптит небо, оставляет яркую жизнь, так и не успев состариться по-настоящему. В более мощных светилах, когда топливо в ядре заканчивается, происходит то же, что с прогоревшими поленьями в костре: все тревожные замыслы, порывы гордыни разрушаются и падают к самому центру звезды. Чудовищное давление создает оглушительный взрыв. Энергия сопротивления и ярости наконец вырывается наружу. И как в костре от обрушения прогоревших дров взвивается целый сноп искр и облако золы, так и здесь ударной волной взрыва вещество звезды разлетается по всему окружающему пространству. Настоящая звезда, мечтавшая жить и верить, любить и побеждать, вспыхивает вдруг очень ярко, а потом в течение месяца или двух тускнеет и полностью исчезает из виду. В телескоп и через много веков можно увидеть в этом месте зыбкую туманность: разлетевшиеся надежды и мечты сильной личности. Сергей часто повторял слова, которые Лиля запомнила навсегда: «Можно прожить, как черепаха, и сто долгих лет, но разве это жизнь?».
Девушка погрузилась в спасительный аврал работы. Редкие путешествия разбавляли привычный досуг, но они требовали знания иностранного языка. Так как перерывы между поездками были довольно длительными, навыки общения стирались в памяти. Однажды коллега посоветовал Лиле использовать приложение для обмена иностранными языками. Навигация сайта была довольно удобная и интуитивно понятная, на английском языке. Обладая базовыми знаниями, Лиля без проблем зарегистрировалась на платформе, заполнила место проживания, внесла дополнительную информацию о себе. Ошибка заключалась в том, что она выбрала одну из своих самых удачных фотографий. И как только ее профиль стал активным, толпа назойливых граждан из Турции, Египта, Марокко закидала ее сообщениями. Вероятно, они даже не читали подробное описание на странице, их не интересовали цели собеседника. Жгучие сердцееды заметили миловидное личико и ринулись бодрой армией покорителей женских сердец. Никто не был застрахован от назойливых иностранцев. Даже если девушки указывали, что замужем, с говорливой толпой детей и внуков. Возраст не был помехой, как и не были преградой указанные цели на сайте. Никто не читал подробного объяснения, рассылая приветственные выкрики в бездну, вяло надеясь на ответную реакцию. Глобальное безразличие руководило пресыщенной толпой. Люди словно придерживались принципа случайного совпадения, доверялись игре судьбы. Выбрасывая кости на стол, парни просто ждали благоприятной комбинации цифр, не прикладывали старательных усилий. В случае заинтересованного внимания большинство из них не умело поддержать разговор, ограничиваясь стандартным комплектом фраз на все случаи жизни. Слова, такие бессмысленные, абстрактные, бездумные превращались в сухие схемы шаблонного мировоззрения. Это уже были не привычные люди с разящей индивидуальностью и блеском в глазах, а армия клонов, бесчувственных роботов. Они плыли по течению жизни, теряя бесценное время, увязнув в безразличии всего сущего. Тоска завладела эпохой. Глубокая, беспросветная тоска. Когда живешь каждодневной виртуальной жизнью, равнодушие пропитывает все: одинаковые сообщения в мобильном телефоне, обновления новостей, безнадежность развития отношений. Люди превратились в светящиеся точки на экране, наборы односложных строк. Они даже не пытались выглядеть лучше в армии пластмассовых солдат: вялость закралась в их мозг и истощила все желания, присущие молодости. Словно депрессия сковала иностранный сайт, силясь выжать из себя воинствующее соблазнение. Стеснительность прикрывалась похотливой бравадой, уныние - притворной бодростью. Все пытались шутить, забрасывая смеющиеся смайлики в пустоту страницы, но сердце искало серьезного решения, выхода из лабиринта сознания.