Помощь приходит в целой армии спасительных ликов. Призраки, марширующие в потоке жизни, едва ли могут похвастаться однородным совершенством. Мир не может существовать без игры света и тени. Дэймон выбрал тень.
XVII
В эскорт идут не только те, кто остался без средств к существованию. Возможность получить за короткое время неплохие деньги всегда привлекала слабую человеческую природу. Миром запада правили две силы: секс и деньги. Из всех средств массовой информации выливался нескончаемый поток оголенных тел. Институт семьи был полностью обесценен. Молодежь жадно впитывала эротический контент, новинки кинематографа с развращающей подоплекой. Постепенно молодые люди стали восприниматься как объекты для продажи. Человек без возможностей и связей в Лондоне перестал быть личностью. Он стал телом, товаром, шлюхой. Проституция культивировалась, возводилась в рамки привычного времяпровождения. Деморализация населения шла стремительными темпами. Уже не имела значения верность между партнерами, уважение в семье, гендерные различия. Секс хорошо продавался. Человека взяли, сняли кожу духовности, разрезали ножом безнравственности и выставили мясо на прилавке современного мира.
Дэймон в первое время, действительно, чувствовал себя бесправным куском мяса. Гордость кровоточила, мозг воспалился в скорбном отрицании реальности. Но вскоре он привык. Привычка - убийца настоящей свободы. Новичок секс-индустрии начинал работать в команде, у него был посредник. Теневой сутенер знал всех подопечных, собирал заказы и при этом имел весьма хороший процент. Дэймон любил секс жадно и неутолимо. Он поздно пришел в интимную сферу и еще не растратил пыл своего желания. К тому ж хорошее воспитание и образованность делали его неплохим знатоком человеческих душ и тонким собеседником. Вероятно, именно эта причина способствовала его оглушительному успеху на рынке эскорта. Престарелые заказчицы просили снова и снова этого «смазливого, спортивного жеребчика». Как правило, вечер проходил примерно так: он приезжал на вызов, ужинал в ресторане, играл в бильярд или гольф, уединялся в отдельной комнате, а потом его отпускали. Позвонить могли в любое время, график работы был не нормирован. Частые заказы яркого брюнета привели к тому, что у Дэймона сбился режим сна, он выполнял работу автоматически, не обращая внимания на тела, с которыми работал. Жизнь превратилась в туманное безразличие, на дне которого лежала финансовая стабильность. Деньги позволили ему снять квартиру в хорошем районе, правильно питаться и покупать качественную одежду. Но беда была в том, что его уже ничего не радовало. Клиенты были для него абстрактными фигурами из картона, пресными на вкус, глупыми и пустыми. Он чувствовал себя грязным и затасканным многочисленными руками, но ничего не мог изменить, отдавшись на волю течения жизни. Когда Дэймону было особенно противно и гадко, он не терзал себя внутренними угрызениями совести, а утешал тем, что представлял себя маленьким ребенком, который хочет кушать, нечего надеть и у отца приходится со слезами вымаливать деньги, а после думал: «Полчаса позора, зато хорошие деньги».
Спустя пару месяцев Аманда предложила ему работать самим на себя в районе Патни. Он тут же согласился. Это внесло живительную ноту в постылую сексуальную рутину. Они сами выбирали клиентов, время работы и с легкостью заработали несколько сотен фунтов за первую неделю. Дэймон сразу приободрился. Чувство свободы понравилось ему, сексуальная сила мгновенно возросла. Они притворились парой, чтобы тот, кто их нанимал, получал дополнительное удовольствие от ощущения, что он уговаривает любовника наставить рога своему партнеру.
Спустя пару месяцев совместной работы жиголо познакомился с другой девушкой из эскорта в особняке Кенсингтона. Ее звали Лорен Литтл. Точеная фигура в кружевном нижнем белье медленно приблизилась к очарованному Дэймону и всунула записку в руку. Сексуальность девушки зашкаливала, искрилась чувственным пороком. Лукавые глаза блестели из-под ажурной маски на лице. Он раскрыл лист бумаги и прочитал предложение о взаимном сотрудничестве. Мужчина с готовностью откликнулся на немой призыв, тут же предав свою ничтожную избавительницу из молодежного хостела. Постоянство никогда не входило в его планы, он преследовал лишь свои личные интересы.
Работа с Лорен вывела его на новый уровень. Заказы поступали из самых престижных районов Лондона, и Дэймон стал зарабатывать бесчисленные тысячи фунтов, просто занимаясь сексом со страстными женщинами и мужчинами в разных отелях города. Среди клиентов были состоятельные финансисты, скучающие жены, богатые вдовы, аристократы, чиновники и знаменитости. Позже Дэймон откровенно смеялся, когда они попадались ему на экране телевизора или на обложке журнала. Он часто повторял: «Блин, а в новостях они красивее, я-то их видел только голыми и жалкими. Бедняги были похожи на общипанных цыплят». Забавно было встречать некоторых потом в магазинах, особенно с мужьями и женами. Клиенты начинали суетиться, избегали прямого взгляда, словно Дэймон посягал на их личное пространство и мог выдать теневую тайну жизни. Чувствуя, что его всячески избегают в настоящей жизни, мужчина вновь ощущал себя унылым куском плоти, отданным на потребу сильных мира сего. Чтобы заглушить внутреннюю тоску, Дэймон начал посещать элитные клубы, куражиться, пить, пробовать наркотики. В свои двадцать восемь лет он почти каждый день ходил на вечеринки и тратил сумасшедшие деньги. На его счету всегда было пусто. Мужчина был по-настоящему диким и необузданным, словно пытаясь выплеснуть в безудержном отрыве всю боль, накопившуюся в душе. После вечеринок он вновь и вновь занимался сексом, уже не с клиентками, а с первыми встречными. В сексе он топил мрачное отчаяние, все глубже и глубже погружаясь в омут разврата. В какой-то момент Дэймон осознал, что стал настоящим сексуальным наркоманом. Женщины сменяли друг друга, неустанно влекли его разбушевавшуюся похоть. В откровенной беседе с напарницей, приняв на грудь огромное количество спиртного, жиголо как-то признался: