- Да-да, я помню. Туристы рассказывали, что у многих замирали стрелки часов во время магического танца! Это потрясающе! Настоящее чудо реальности!
- Когда я кружился последний раз, мои стрелки остались на месте. Но позже, уже глубокой ночью, ко мне пришел странный сон. Я видел чернильно-синее небо и скачущие галопом звезды. Они описывали стремительные круги, падали в отвесном молчании. Потом утренняя звезда стала приближаться к моему земному телу, увеличивалась в размерах и пронеслась сквозь меня. Черная сила свода заплясала в хаотичном безумии. Светила превратились в пульсирующие траектории. Я не мог ухватить взглядом ни один предмет, ни один весомый смысл мироздания. Все смешалось в бессмысленном хороводе, искрилось и размывало границы. Материя растворилась в вечности, а я обнулился и исчез, словно меня никогда и не было. И поверь мне, нет страшнее чувства погубленного духа и стирания искры Всевышнего. Я разбил свою врожденную цельность, а теперь лишь пытаюсь вернуть утраченную красоту в отчаянной попытке смирения. Аллах да простит меня и не покарает.
- Ты так рассуждаешь, словно суфийское учение подобно величайшему греху.
- Так и есть. Лишь теперь я это понимаю. Я умоляю Аллаха оправдать мое слепое неведение в юные годы. Я прельстился поэзией, мистикой, оккультными опытами. Романтика молодости погубила меня. С каждым шагом, с каждым ритуалом я лишь укреплял гордыню и с презрением смотрел на обычных смертных, не понимая, что конечная цель нашего пребывания на Земле - любовь к ближнему. Я чувствовал себя всесильным. О, как же глуп я был, как слеп! В суфизме обучение строится таким образом, что каждый ученик, в зависимости от своих индивидуальных особенностей, меры осознания, получает от шейха особые задания и упражнения. Я выполнял все психоэнергетические тренировки и видел настоящие чудеса. Я перемещался между объектами живой и неживой природы, концентрировался на определенной части тела и чувствовал ее, останавливал поток сознания, дышал определенным образом, медитировал. Постепенно мой разум очищался и превращался в совершенную психоэнергетическую структуру, чистый кристалл познания света. Я пытался выковать из себя человека, свободного от страстей и постигнуть божественную истину, сливаясь с Аллахом.
Для меня Аллах был не далеким светилом, а существовал повсюду и везде, как имя или идея целостного существования. Я жил в настоящем моменте, забывая об ответственности перед семьей, обозримым будущем. Я никуда не стремился, пребывая в миге познания. Я был уверен, что прошлое - это фантом, как и мечты о будущем – мнимая иллюзия, мираж в пустыне. Мой разум жил настоящим, приветственным, жадным, перерождающимся. Я верил в духовный рост момента, воспринимая людей вокруг унылыми трупами повседневности. Утратив доброту, я стал абстрактной скульптурой на полке своего шейха. Идея выхолощенного духа хороша как иллюстрация к книге, но текст, несущий основной смысл бытия, пропал со страниц моей жизни. Я стал пустым и звенящим, как колодец, который лишился воды. Я не приносил пользы миру, а лишь отражал его громкий плач эхом бессердечности. Я любовался своей равнодушной глубиной, своим прохладным спокойствием. Сердце мое уже не билось и не грело. И вот однажды, на стыке сна и реальности, джинн пришел ко мне и сел на гордую грудь. Багровые глаза зверя вонзились в сформировавшую пустоту и разлились по ней пламенными реками, выжигая остатки духа. Когти царапали мою плоть, кромсали безжизненное тело. Я не мой противостоять льстивым уговорам беса, который шептал с жаром мне прямо в лицо, уговаривая продать собственную душу. Сонный паралич в астрале сковал мое тело, я был на грани духовной смерти. И вдруг спасительная мысль пронзила мой разум яркой молнией. Я стал молиться: неистово, жарко, взывая к милости забытого Аллаха. Я раскаялся в совершенных грехах и обнаружил, что все оккультные практики, все мистические упражнения выполнялись лишь с одной целью: в конечном итоге служить коварным джиннам. Суфисты существовали еще до появления священного ислама. Потом они присосались к истинной религии, чтобы затаиться и выжить. Сколько бы они не прятались под покровом ислама, их основная идеология противоречит и опровергает слово Аллаха. Их интересует лишь магия и таинственные знания шайтана, а не сама религия. В чудесах им помогают джинны, наделяя их сверхвозможностями на короткий срок. Только плата за волшебство одна - потеря души и адское пламя. Невозможно скрестить божественное с дьявольским, свет с тьмой, истину с ложью. А суфисты кривят душой, призывая к поэзии многомерности. В мире, где все разрешено, легко потерять достоверность Аллаха. На следующее утро я отправился к шейху и задал прямой вопрос: «Что для Вас важнее: религия великого и милосердного Аллаха или религия суфистов?!» и получил ясный ответ: «На первом месте, безусловно, суфизм, а Аллах лишь на втором!». С тех пор я покинул это место кривого мракобесия и ступил на путь истины. Никто и никогда не уведет меня в сторону магических проделок шайтана. Он являет собой разные лики: привлекательные, лучезарные и полные соблазна, но итог всегда один - морда злобного зверя и навеки падшая душа. Избави тебя Бог, дорогой друг, ступить на кривой путь, подобный раздробленной радуге. Ищи свет истины, он никогда не играет яркими красками. Он слишком правдив для этого. Простота - орудие неба. Беспорядок - слуга Дьявола. Подлинный путь не трепещет и не играет, он тверд и устойчив как земная твердь. Выбери прямой путь и иди по нему до конца. Никто не остановит чистое сердце, не уведет его в сторону и не погубит. Если дух твой наполнен верой, как колодец водой, эхо игры истлеет в ущербном бессилии. Да поможет тебе Аллах!