А потом оказалось, что я проспал бомбежку, потому что ничего не слышал! И только чудом снаряд не попал в госпиталь. Видать, мой Ангел-Хранитель тоже где-то поблизости летал, да крыльями своими госпиталь закрывал.
- Да… Наверное, иногда слышать не так уж и плохо… - задумчиво произнесла я. – Может, и мои мысли не всегда плохи и иногда помогают избежать опасности? Но только говорили бы они не так настойчиво!
- Так ты не верь всему. Верь фактам, - пожав плечами, ответил Гриша.
- Это как?
- Ну вот если бомбы рядом уже разрываются - это опасно, и надо прятаться в окопах – там безопасней. А если ты просто думаешь, что самолеты вражеские могут прилететь… Так спи спокойно дальше. В жизни много чего случиться может. Да не все случается. Не надо из себя Господа Бога строить. Будущее нам не ведомо. И то к лучшему.
Я поджала губы и вновь задумалась, осмысливая сказанное и в душе соглашаясь с ним.
- Только бежать, когда бомбы уже взрываются, тоже с умом нужно. А то у страха глаза велики. Можно и совсем не туда побежать, - наставительно сказал Фёдор - и начал свой новый рассказ…
8.
- Я был опытным воякой. На момент призвания на фронт мне уже был 31 год и Финская война за плечами, которая научила многому. А самое главное – выживать. В одном жутком бою я оказался в окопе с молоденьким мальчиком. Снаряды рвались на каждом шагу. Воздух был пропитан гарью и копотью. Было трудно дышать, глаза слезились и уши нестерпимо болели от жуткого грохота разрывающихся снарядов. Парнишка, сидящий рядом в окопе, решил встать на ноги, но я одернул его:
- Сиди и не высовывайся!
Солдат замер на какое-то время, облизывая пересохшие губы. Страх и паника накатывали на него все сильнее и постепенно стали порабощать его сознание. Неподалеку рвануло, жуткий грохот сотряс землю.
- Нет! Надо бежать! – закричал он.
- Сиди, говорю тебе! – процедил сквозь зубы я, схватив его за руку.
Глаза юноши бегали по засыпанному трупами и осколками орудий полю.
- Нас убьет здесь! Нас разорвет! Надо бежать! – вновь закричал он через несколько минут.
- Сиди, дурак! Тебя там разорвет! Нельзя высовываться, - пытался образумить его я.
Глаза молодого солдата округлялись все больше и беспорядочно бегали по разоренной округе. Страх продолжал сжимать свои цепкие руки на его шее.
Через мгновение всего в трех метрах от нас разорвался еще один снаряд. Пробуравленная им земля взлетела в воздух похоронным фейерверком и закидала двух солдат, сидящих в окопе. Я, лишь на секунду закрыл глаза и не увидел, как испуганный мальчишка выскочил из окопа и побежал в противоположную от немцев сторону. Увы, я ничего не успел сделать, только крикнуть:
- Стоять!!!
Но было слишком поздно… Воздух снова прорезал смертельный свист. Прогремел разрушительный взрыв. И уже ничего нельзя было изменить… Доля секунды порой отделяет жизнь от смерти. Снаряд попал прямо в молодого солдата. Его разорвало на куски прямо на моих глазах. До конца жизни я корил себя за то, что не смог удержать испуганного мальчишку в том окопе…
Я опустила глаза, готовая расплакаться. Может я и вправду похожа на того мальчишку, который от страха бежит, сам не ведая куда, не понимая, что на самом деле он в безопасности…
- И все равно в наше время тоже страшно жить, - немного успокоившись возразила я. - Любая жизнь - это в своем роде война. Каждый день тебя подстерегает столько неожиданностей! Иногда страшно даже из дома выходить. А вдруг машина переедет, или нападет кто…
- Но ведь неожиданности бывают не только плохими, но и хорошими, - возразил Гриша.
- А с вами на войне много хороших неожиданностей случалось? – с сомнением уточнила я.
- Сколько угодно! – горячо воскликнул он. - Да не просто неожиданностей, а настоящих чудес!
- Расскажите, - почти умоляющим голосом проговорила я.
Мне отчего-то становилось легче от их рассказов, которые были такими страшными, что моя жизнь начинала рисоваться мне во все более радужных тонах.