- Колено? - переспросил он, с веселым изумлением наблюдая за тем, как обнажается стройная ножка жены.
- И копчик, - краснея от собственной смелости, пожаловалась страдалица. - Копчик даже сильнее.
- Я должен это видеть, - азартно сверкнули глаза Магнуса. - Проблема может быть очень серьезной.
- И между… лопаток свербит.
- Да раздевайся уже, Надин, - рыкнул выведенный из себя мужчина. - А то, не приведи Единый, явится сейчас какой-нибудь болезный, и всю малину нам обломает.
- Не понимаю о чем ты, - поддразнила та. - Разве мы говорим не о лечебных процедурах?
- Назови их как хочешь, маленькая искусительница, - прижал к себе жену Магнус. - Мне так точно полегчает.
- Но ведь ты собирался помочь мне, - обиженно надула губку пациентка, за что и поплатилась. Потерявший терпение врач немедленно приступил к лечению.
Для начала он, как и грозился намедни, слегка прикусил нежную нижнюю губку капризницы, чем вызвал недовольный вскрик и попытку отстраниться. Затем, приступил собственно к поцелую, для чего мудро лишил супругу возможности вырываться. И, надо сказать, что эта проверенная поколениями мужчин метода оказалась довольно-таки действенной. Жаль только, что в тот момент, когда увлекшаяся поцелуем Надя позволила усадить себя на кушетку, раздался стук в дверь.
Услышав его, Магнус разочарованно взрыкнул и отстранился от жены.
- Что?.. - поначалу не поняла та и потянулась за продолжением.
- Страждущие на пороге, цветочек, - скрипнул зубами Доу. - Иди домой. Я уж тут сам.
- Да? - оглядела растрепанного хмурого да к тому же раздраконенного палача Надюшка. - А не боишься испугать больного своей слишком явной готовностью к лечебным процедурам? - она потыкала пальчиком в сторону вздыбленного свидетельства своей правоты, возбуждение которого не в состоянии были скрыть штаны.
- Надин!
- Не рычи, - отмахнулась она. - Лучше садись за стол и ищи дзен, а клиента я сама впущу.
- Чего я должен искать? - уточнил Магнус, присаживаясь за стол и придвигая журнал посещений.
- Внутреннюю гармонию, - показала язык Надюшка и под вновь раздавшийся стук пошла отворять.
- И не сидится же некоторым дома, - проворчала она, подходя к двери. - Добро пожаловать…
На пороге стояла мадам Одетта. Собственной персоной.
- Мне бы к достопочтенному докторусу, - нервным движением поправляя золотое ожерелье, поморщилась она.
' Вот я и дождалась своего часа, корова жирная. Все мои слезки тебе отольются. Изобразишь сейчас умирающего лебедя! Балерина аданская! Вот как скрутит тебя Магнус в бараний рог да как скажет, что так и было!' - отступив в сторону, приятно улыбнулась Надюшка.
- Милый, к тебе пришли. Сама мадам Одетта, - почти пропела Надя, с удовольствием наблюдая за тем, как бледнеют жирные щеки пациентки.
- Проходите, уважаемая, - невозмутимо откликнулся Доу. - На что жалуетесь?
- Спина болит, - неуверенно откликнулась растерявшая прежний задор толстуха, робко подходя к столу. - Стреляет зараза, аж сил никаких нет. Помогите, уважаемый докторус. На вас вся надежда.
- Не стоит преувеличивать, - строго сказал Магнус, макая вечное перо в чернильницу. - Все в руках Единого.
- Воистину, - с готовностью колыхнула арбузным бюстом Одетта.
- Магнус, - напомнила о себе Надя, - ты слышал меня? Может быть стоит как-то иначе…
- Ты до сих пор здесь? - удивился муж. - Иди к себе.
- Но ведь она…
- Надин, - скривился он, - ты не должна мешать мне.
- Но это же та самая особа, которая настраивала против меня весь рынок, скандалила в храме, домогалась тебя в ратуше…
- Надин, - в мужском голосе послышалось ясно различимое раздражение, - ты мешаешь.
- Я мешаю тебе пользовать эту дрянь?! - обида, поднявшаяся со дна души, заглушила голос разума, который мудро советовал вовремя заткнуться. - Эту старательно поливавшую меня грязью свиноматку?!
- Ты сейчас же извинишься перед всеми уважаемой мадам Одеттой, - поднялся из-за стола Доу и угрожающе навис над женой.
- Ни за что! - топнула ногой та.
- А я говорю, извинишься, - в голосе Магнуса звякнули пыточные инструменты. - А потом уйдешь.
- Да как ты можешь требовать от меня такое?!
- Надин!
- Извините, уважаемая, здоровья и удачи вам, - как только перед глазами перестали плясать не иначе как со злости появившиеся цветные круги, проговорила она. - Денег вам побольше и еще пять пудов сала на горбатую спину.
- Надин! - взревел выведенный из себя мужчина и ахнул кулаком по столу. - Вот отсюда!