Андрид, криво ухмыльнувшись, выполнил мою просьбу. Вскоре передо мной стояла дымящаяся кружка свежесваренного кофе. А через двенадцать часов я выслушивал наставления Андрида, сидя в каком то бытовом помещении на Нимерконе.
- Все, что от тебя требуется, это подпилить трубу и отойти в условленное место, - вдалбливал в мою больную голову нимерец.
- А что это за труба? - поинтересовался я.
- Ты что, не знаешь, как газовая труба выглядит? - вопросом на вопрос ответил удивленный Андрид.
- Я тебя сильно разочарую, но уже лет эдак за двести на Землю даже воду доставляют с других планет. А единственным способом выработки энергии являются солнечные батареи или ветряки. Причина, по которой Земля все еще обитаема, это то, что она является своеобразным символом "Земного Альянса". А до Земли я жил в Лунной колонии. Сам понимаешь, там нет газовых труб.
- А на заданиях что, тоже не сталкивался? - уже любопытно поинтересовался Андрид.
- Как ни странно, но нет, - подумав, ответил я. И как мне показалось, после моих слов в глазах нимерца мелькнула гордость. - Ладно, все это сейчас не важно, лучше объясни мне, разве утечка газа не вызовет подозрения? - уточнил я.
- Вызовет, но это дело расследовать буду лично я. А для меня нет ничего подозрительного в утечке бытового газа. Такое редко, но все же случается, по вине нерадивого обслуживающего персонала.
- Понятно, - спокойно ответил я.
Дождавшись, пока нимерец уйдет, я поступил в духе Марка: "принял выжидательную позицию", а точнее, завалился спать до начала приема. Смело предполагая, что гром фанфар при появлении советника я точно не просплю.
* * *
Не знаю, сколько прошло времени, прежде чем я приступил к работе: на свое удивление, я все же проспал торжественное начало. По мере того, как шум приема набирал обороты, я активней работал ножовкой, проклиная весь "Нимерский Союз" вместе взятый и его главу безопасности в частности. Придумать такой идиотский план! И надо было мне на него согласиться? Не знаю, как раньше выглядели газовые трубы на Земле, но у нимерцев они явно были сделаны на совесть.
Чтобы хоть как-то отвлечься от монотонной работы, я стал вспоминать все, что когда либо знал о газах. Виды, свойства, химические формулы, сферы использования. Информация была полезной, но до ужаса скучной. Моя больная голова отказывалась ее воспринимать. Вот когда я пожалел, что рядом со мной не оказалось Тима. Он интересно и ненавязчиво рассказал бы куда больше, чем смог вспомнить я сам.
Не побывав однажды на планете под названием Аскрамена, я бы раньше перепилил трубу пополам, чем понял, что достиг поставленной передо мной цели. Аскрамена, кажется, четвертая по счету уничтоженная мной планета. Как бы цинично ни прозвучало, но я вряд ли запомнил это задание если бы не одно обстоятельство.
Находиться на поверхности планеты, не являясь ее коренным жителем, можно было только в специальных респираторах. Концентрация природного газа в атмосфере Аскрамены привышала допустимую для человека норму во сколько-то там раз. Выполняя задание, мы столкнулись с очень агрессивным сопротивлением. В принципе, ничего необычного, но во время стычки с меня сбили респиратор. За несколько вздохов я успел получить сильнейшее отравление. Если бы не молниеносная реакция Ника и мгновенная помощь Марка, мои кости давно бы сгнили на Аскрамене. Аскрамена тоже вынесла из моего визита мало полезного. Сейчас планета полностью необитаема и являет собой выжженную пустыню. А я надолго запомнил симптомы отравления газом.
В отличие от людей, которые когда-то добавляли одоранты в бытовой газ, нимерцы этого не делали. Но появившаяся тошнота и легкое головокружение подсказали мне, что пора сваливать. По плану, придуманному Андридом, после выполнения моей части, отойдя на уговоренное расстояние, я должен был подать ему сигнал. Так я и хотел сделать. Не знаю, как собирался поступить глава службы безопасности, взорвать здесь все к чертовой бабушке или устроить массовое отравление - если честно, мне было все равно, - но нашлись желающие помешать нашим планам.
Я много слышал о легендарном освободительном ополчении Нимерции, а сегодня мне довелось с ними столкнуться. Кого и от кого они освобождали, похоже не знали даже сами ополченцы. Просто периодически они устраивали нимерскому светскому обществу крупные неприятности. Возможно, мне бы удалось втолковать в их головы, что в данной ситуации мы на одной стороне, вот только пятеро нимерцев, ввалившихся в подсобку, не были настроены на разговор. Единственным моим шансом выкарабкаться из сложившейся ситуации был пистолет. Но по объективным причинам я не рискнул им воспользоваться.
Сильно сомневаюсь, что даже в здоровом состоянии я в одиночку без оружия смог бы справиться хотя бы с одним нимерцем. А недавнее ранение, после которого я не до конца оправился, головная боль с похмелья и добавившиеся к ней первичные симптомы отравления не оставляли мне никаких шансов. Все, что я мог противопоставить ополченцам - затупившаяся ножовка. Конечно, шкуру нимерцев, несмотря на всю ее прочность, можно перепилить и обычным металлом, но они, в отличие от труб, на одном месте стоять не собирались.
Меня спасли два факта. Первым было то, что нимерские освободители слишком долго пребывали в ступоре, причину которого я понял не сразу. Но если бы даже я, невзначай, столкнувшись с представителем людской расы на Нимерконе, сильно бы удивился, что ждать от самих нимерцев? Вторым стал Андрид, вошедший в подсобку с запоздалым сообщением.
- Шевелись быстрей, у нас гости! - раздраженно произнес он, сталкиваясь взглядом с одним из ополченцев.
- Знаю, - флегматично ответил я.
Увидев перед собой главу службы безопасности "Нимерского Союза" во плоти, освободители, наконец, очнулись и перешли к активным действиям. Андрид, нужно отдать ему должное, тоже не стал стоять столбом. Он, не раздумывая, бросил мне предмет, который крутил в руках, и оказавшись молниеносным движением за спиной у одного из освободителей, свернул ему шею. Я, положившись на рефлексы, поймал летевший в меня нож для колки льда и с разворота вогнал его в глаз стоявшего рядом ополченца. Войдя до середины, острие длинного ножа уперлось во внутреннею стенку черепа. Сила, с которой я наносил удар, заставила мою ладонь пройтись по оставшемуся снаружи лезвию. Едва отдернув руку, я почувствовал другую боль, огнем прошедшуюся по ребрам. Стараясь не обращать на боль внимания, я выбил из рук нападавшего кинжал. Через секунду я отправил его в противника. Нимерская сталь как в масло вошла в грудь ополченца, но не нанесла ему смертельного урона. Об этом мне подсказала ухмылка на его лице. Медленно, не отводя от меня взгляда, нимерец вытащил из грудной клетки кинжал и бросился в бой.