Я сурово вздохнул.
— Ты зря так плохо относишься к Кариму, — подал голос Зия, а потом опустился на корточки, — мальчишка хочет всего лишь защитить свой родной кишлак. В этом нет ничего позорного. Ничего такого, за что стоило бы его ругать.
— А ты, конечно, вызвался ему помочь, — язвительно сказал я Зие.
Тот хмыкнул.
— Именно так, маленький шурави.
— Что у вас тут такое? — Раздался приглушенный голос Наливкина.
Майор и правда был мастером спецопераций. Я почти не заметил, как он подобрался к нам с Зией и Каримом. Лишь немного неверный шаг Смыкалова, что следовал за майором, выдал его местонахождение в темноте.
— Сука… Зия… — Зло выпалил Наливкин и добавил забористого мата. — Я приказал тебе оставаться с основной группой!
— Мальчик хотел в бой, — пожал плечами Зия, прикинувшись дураком. — А я рассудил, что пойди он один — то умрет. Разве ж я мог не отправиться в путь вместе с молодым воином?
— Зараза… — Протянул Наливкин сквозь зубы. — Да мы вас с Каримом чуть не постреляли! Думали — лазутчики врага!
— Главное, что не постреляли, майор Наливкин, — разулыбался Зия, и я благодарю Аллаха, что он не дал вам спустить ваши крючки.
— Аллаха он благодарит… — Возмутился майор, — Ты нам все карты спутал! Ты на кой ляд его припер сюда? На кой ляд сам приперся?
— Я же сказал… — Со спокойной снисходительностью ответил Зия, — мальчик хотел защитить свой кишлак. И…
— Защитить свой кишлак? — Перебил его Наливкин, — Да он еще себя защитить не может! Короче так. Оба остаетесь тут, под холмом.
Майор строго посмотрел на поднявшегося на колени Карима.
— Будешь сидеть тут, Зия, и охранять мальца, раз уж приперся. А когда все кончится, мы уже с тобой отдельно поговорим…
— Нет… — Внезапно вклинился Карим.
Наливкин со Смыкаловым удивленно уставились на мальчика. Зия же самодовольно ухмыльнулся, когда увидел ожесточенное, решительное выражение на лице Карима.
— Я воин, — продолжил мальчишка. — Дайте мне оружие. Я буду сражаться вместе…
— Ты погибнешь там, — возразил Наливкин. — Погибнешь с концами и все тут. Потому… — Он зыркнул на Зию. — Карим остается с тобой, а ты не отходишь от него ни на шаг. Ясно тебе?
— Конечно, — согласился Зия и даже едва заметно поклонился.
Я нахмурился. Глянул на Зию исподлобья.
— Но… Но господин Зия… — Воспротивился Карим. — Вы обещали…
— Извини, мальчик, — Зия изобразил наигранно грустный тон. — Некоторые обещания невозможно исполнить. Майор против. Разве я могу ему перечить?
Что-то не так было в словах Зии. Слишком уж просто он согласился. Слишком воняли они, эти его слова, неприкрытой ложью.
Я понял — пакистанцу того и надо. Надо, чтобы его оставили в тылу. Он ждал подобного решения от Наливкина и с радостью согласился с ним. Согласился, потому что понимал — под холмом его никто не удержит. Он будет делать что хочет, когда мы уйдем.
Судя по тому, что Наливкин наградил меня взглядом, полным сомнений, я понимал, что майор тоже догадывается о замысле Зии. Но еще не понимает, как ему быть со своенравным пакистанцем, приволокшим мальчишку Карима в эпицентр близившегося боя.
— Пусть идут с нами, — внезапно для всех сказал я.
Карим сначала изумленно округлил глаза. Потом с искренней улыбкой спросил:
— Что?..
— Майор, — обратился я к Наливкину. — Отправьте этих двоих в «Гром». Пусть примкнут к Глушко и Маслову.
Наливкин непонимающе нахмурился.
— Саша. На два слова, — понизил он и без того тихий голос.
Я прислушался. Обернулся. В кишлаке по-прежнему звучали приглушенные голоса врагов. Только сверчки, побеспокоенные нами, прекратили петь свои песни.
Я кивнул Наливкину. Мы, пригнувшись, почти гуськом отошли от группы.
— Ты чего? — Спросил Наливкин возмущенно. — Этот Зия точно что-то задумал. Отправим его в бой — и он сто процентов что-то выкинет…
— Он уже пришел. Няньчаться с ним у нас нет времени, — покачал я головой. — А оставлять его с Каримом — глупо. Тогда Зия точно будет делать все, что ему вздумается. За ним некому будет приглядывать. А с Ефимом он будет под присмотром. Это лучшее, что мы можем сейчас предпринять.
— А мальчик? — Подумав немного, спросил Наливкин.
— Карим — своевольный парень, — сказал я. — Он выкинет глупость, если останется один.
Я заглянул Наливкину в глаза.
— И может погибнуть, — закончил я.
— Зия может что-нибудь выкинуть и так, и так, Саша.
— Может, — я хитровато улыбнулся. — Но под присмотром твоих людей сделать это ему будет гораздо сложнее.
Наливкин поджал губы. Потом обернулся к остальным. Зия и Смыкалов о чем-то тихо спорили. При этом лейтенант время от времени всматривался в темноту, чтобы понять, не приближается ли враг.