Муха подобрал позицию мастерски. Отсюда открывался отличный вид на весь кишлак и подходы к нему. Как на ладони, перед нами предстал центр Айваджа — небольшая площадь, на которой красовалась мечеть. Пусть в темноте деталей было не рассмотреть, но минарет мечети отлично выдавал ее местонахождение.
Вход на позицию был замаскирован по большей части естественным образом — его скрывал от чужих глаз обильно росший между камней терн и низкорослый, кривенький саксаул.
Там, где со стороны кишлака растительность не прикрывала наблюдательную точку, разместили маскировочную сетку, призванную имитировать узоры скал и растительность.
Когда мы добрались до позиции, Муха наблюдал за кишлаком в прибор ночного видения, установленный на треноге. Подсвечивая свою карту красным фонариком, он время от времени делал на ней какие-то пометки.
Смыкалов же вполусогнутом состоянии сидел у стены скалистой расщелины. Держал на груди бесполезный в темноте бинокль.
Когда Муха увидел нас, то сказал:
— Пройдем вглубь. Там поговорим. Пчеловеев — наблюдать. Если увидишь странное движение по периметру кишлака — доложить.
— Есть.
Мы прошли вглубь расщелины. Там бойцы сбросили свои вещмешки и плащ-палатки. Разбили небольшой лагерь, где можно было отдохнуть, перекусить и напиться воды.
Муха выглядел озабоченным. А еще нервным. Еще бы — операция пошла несколько не по плану. Но судя по тому, что старший лейтенант держался сосредоточенно, а смотрел на нас внимательно и жестко — он готов был к подобным вещам.
Это похвально.
— Докладывай, Селихов, — сказал он, когда уселся на низковатый камень, а нам предложил присесть на сухой обломанный ствол дерева, который, по всей видимости, притащили сюда бойцы.
Здесь, в расщелине, было настолько тесно, что нам пришлось расположиться едва ли не вплотную друг к другу.
А еще тут было тихо. Лишь ветер, который бродил по вершинам этих низкорослых скал, время от времени гудел в камнях.
— Задача в кяризе выполнена, — сказал я. — Плюхина эвакуировали. Уничтожено шесть или семь душманов. Среди них один вооруженный ребенок. Мальчик лет двенадцати-тринадцати.
Муха, которому уже, видимо, вкратце доложили о произошедшем, понуро покивал. Потом взял фляжку, которую примостил у каменной стены, отпил.
— Кто стрелял? — Спросил он.
— Я, товарищ старший лейтенант, — не повел и бровью Бычка.
Голос его звучал хрипловато, как-то нездорово. Но твердо.
Муха снова покивал.
— Какие есть мысли, Селихов? — Спросил он.
— Это была засада. Они знали, что мы сюда придем. И, вероятно, хотели выйти наружу, чтобы застать нас врасплох и уничтожить. Как ни странно, но Плюхин расстроил их планы просто тем, что свалился в колодец.
— Как он? — Буркнул Муха.
— Требуется эвакуация, — ответил я. — До Ландыша идти сам не сможет. Придется нести.
Муха задумался. Взгляд его оставался таким же пристальным. Но глаза перестали поблескивать в темноте. Он задумался, глядя вникуда.
— Нас сдали. Другого объяснения быть не может, — сказал я. — Таких совпадений не бывает.
— Согласен, — сказал Муха. Потом вздохнул. Глянул на меня. — Значит, вы стояли втроем против более чем десятка духов?
— Разрешите обратиться, товарищ старший лейтенант, — вдруг вклинился Бычка.
— Разрешаю, — смерив Бычку внимательным взглядом, сказал Муха.
— Если б не старший сержант… — Бычка мимолетом глянул на меня. Но будто бы постеснялся надолго задержать взгляд, — мы бы там так и остались. Душманы — хитрые сукины дети. Ловушку использовали. На живца нас хотели взять.
— На живца? — Приподнял бровь Муха.
— Так точно. — Бычка кивнул. — Захватили Плюхина. Заставляли его звать помощь.
Бычка улыбнулся и закончил:
— Но он молодец. Упирался. Знал, к чему дело пойдет. Но если б не Саша… — Бычка осекся, прочистил горло, — вернее, если б не старший сержант Селихов, мы б с тех катакомб не вышли бы. Он перехитрил душманов. Помог нам продержаться.
Муха мимолетом глянул на меня. Взгляд его был оценивающим. Но кроме этого ничего не выражал.
— Я подозревал, что рассказы о тебе — это правда, — сказал старлей наконец.
— Уж последним, чем мне интересно заниматься, так это выдумывать про самого себя байки, товарищ старший лейтенант.
— А кто сказал, что ты их выдумывал? — Едва заметно улыбнулся он.
— Вряд ли бы кому-то пришло в голову заниматься этим дурацким делом, — покачал я головой.