Смелая. Но разве она могла справиться с огромным подводным монстром? Нет. Я тоже. Но у меня не было выбора. Я не могла допустить эту смерть.
С криком бросилась на тварь, вонзив нож в ее горло. Рассвирепевший монстр взвыл, оглашая окрестности ревом. Он дернулся, попытавшись стряхнуть меня. Но я мертвой хваткой вцепилась в толстое тело змееподобного существа, обхватив его руками и ногами. Монстр извивался, кидаясь из стороны в сторону. Бил меня о воду. Хлестал шипастым хвостом.
На теле живого места не осталось. Казалось, что там одна сплошная рваная рана. Хорошо, что из-за церна боли я практически не ощущала. То, что не выживу, понимала прекрасно.
Пусть так. Но я прихвачу тварь с собой.
Шея монстра превратилась в решето от тех ударов ножом, что я наносила с истеричной яростью. Только умирать тварь не спешила. Живучесть у нее была отменная. Сообразив, что меня не стряхнуть, змей ушел под воду. Едва успела набрать воздуха. Тварь стремительно неслась сквозь толщу воды, намеренно сшибая мной попадающие на пути коряги и камни.
Воздух в легких закончился. Еще несколько мгновений, и я никогда больше не всплыву. Пришлось разжать хватку. Руки затекли и жутко ломили, пока я прокладывала себе путь наверх. Всплыв, судорожно вздохнула и тут же закашлялась. Ребристый гребень твари уже показался рядом.
Взмыв над водой адская морда на миг зависла надо мной. Я дернулась в сторону. Острые зубы сомкнулись на плече. Мерзкий хруст костей. Брызнувшая в стороны кровь. Ужасающая пасть была совсем рядом. Перед моими глазами уже мельтешили черные точки. Силы таяли с каждой секундой. Поганая смерть.
Собрав остатки сил, в последнем рывке всадила нож прямо круглый желтый глаз с черным вертикальным зрачком. Что-то зеленое брызнуло на пальцы и лицо. Тварь взвилась над водой метра на три. С силой шмякнула меня о воду. Холодная вязкая темнота, в которую я погрузилась, была желанной и избавительной. Для меня все закончилось. Одно радовало: девочку я все же спасла.
Мне было очень легко. Я лежала на удобной постели, утопая в мягкой перине и окруженная ворохом подушек. В теле чувствовались бодрость и прилив сил. Будто и не случилось ничего. Не было клиники, побега, аварии и жуткого ада под названием иной мир. И никакое чудовище не рвало тело в клочья.
Все же умерла.
Поверить в то, что недавние события дурной сон, не могла. Скорее уверовала бы в собственную смерть. В противном случае я даже вздохнуть не смогла бы. На мне же живого места не оставалось. Даже если бы Левый или Седой вытащили из воды, до лагеря я бы не дотянула. Глубокие раны. Огромная потеря крови. Шансов не было. Я мертва.
Почему же тогда все помню? Осознаю. Неужели, именно сейчас я обретаю доказательства того, что со смертью жизнь не заканчивается? Если так, надеюсь, она будет лучше той, что я прожила.
Желудок призывно заурчал.
Надо же! А есть хочется так же, как и в жизни. Интересно, куда я попала, в ад или рай? Лучше бы в рай. Ада и при жизни хватило.
Решив, что пора осмотреться, где очутилась, открыла глаза. Белый потолок, стены, пластиковые занавески.
Кхм, подозрительно смахивает на больничную палату.
Попробовала приподняться. Получилось. Теперь я могла лучше разглядеть комнату. Помимо широкой кровати, где я и возлежала, здесь были стол, пара стульев, тумбочка, шкаф. Две двери. Как есть, палата или гостиничный номер.
С недоверием осмотрела собственное тело. В памяти еще стоял жуткий хруст костей, и вид разорванной плоти. Однако ни единой царапинки не обнаружила. Гладкая кожа без рубцов или шрамов.
Ущипнула себя за руку. На коже проступило красное пятнышко. Да и чувствовалось все как надо.
Что происходит?
Скользнув на пол, подошла к дверям. Одна была заперта, другая вела в компактную уборную. Умывальник, душ, туалет. Набор полотенец и халат сложен стопкой на полочке. Мыло, шампунь, новая зубная щетка, паста. Будто специально для меня приготовили.
Не стала долго раздумывать. Скинула сорочку, единственное, что было надето, шагнула в душевую кабину. Горячая вода подарила полчаса блаженства. Вымывшись до скрипа и укутавшись в белоснежный халат, почувствовала себя счастливой. А еще живой, как никогда.
В комнате меня ждали.
Худощавая женщина, лет сорока-сорока пяти. Я непозволительно долго рассматривала ее, не решаясь заговорить. Миловидное лицо. Собранные в тугой узел рыжие волосы. Длинное серое платье, похожее на униформу.