— Готовы? — Редлог не слишком довольно оглядел их и поморщился. Глаза у него, как и всегда, бегали, взгляд метался по сторонам, словно он не в состоянии был подолгу смотреть в одну точку. Нервно почесавшись, мародер кивнул головой. — Думаю, чем быстрее мы отправимся, тем будет лучше. Припасы возьмем чуть дальше, у меня тут недалеко кладовая.
— Благодарю тебя, Редлог, — отозвался Алеор.
— Да чего уж там, — поджал губы тот и первым нырнул в темноту тоннеля.
Так и началось их путешествие. Даже для эльфийских глаз в кромешной темноте тоннелей, куда не попадало ни единого солнечного луча, было все-таки неуютно, а потому Алеор прихватил с собой парочку ламп и большую бутыль с маслом для них. Путешественники растянулись цепью. Первым шагал Редлог, которому свет, кажется, и не нужен был. Сразу за его спиной Алеор нес первую масляную лампу. За ним двигался Кай, ссутулившись, чтобы не скрести головой о потолок тоннеля, на его плечах была нагружена большая часть поклажи. Следом переваливалась сбоку на бок Улыбашка, любовно поглаживая новенькие отличные топоры, висящие у нее на поясе. А замыкали шествие Лиара с Радой, несущей второй фонарь.
Коридоры были не слишком широкими: одному человеку вполне вольготно, а вот бок о бок идти уже сложновато, но они с Лиарой все равно шли рядом, порой соприкасаясь плечами. Маленькая ладошка искорки покоилась в ее руке, и от этого на душе было тепло. Рада то и дело приподнимала фонарь, высвечивая стены тоннеля и оглядывая их, и странные мысли лезли ей в голову.
Конечно, за столько лет, сколько существовали эти тоннели, следы вырубавшего их инструмента могли уже исчезнуть, особенно учитывая высокую влажность, но у нее все равно было стойкое ощущение, что копал этот тоннель Редлог явно не лопатой и даже не киркой. Земляные стены выглядели гладкими, будто их срезала гигантская закругленная бритва, потолок не поддерживало ничего, но при этом земля почти что не осыпалась вниз. Кое-где, конечно, грунтовые воды подмыли стены, и по плотно утрамбованному земляному полу под ногами катались мелкие, выскочившие из стен камушки и комки сухой глины. Только вот если семь сотен лет назад Алеор проходил здесь, и в то время эти тоннели уже существовали, то масштаб разрушений за столь долгий срок был просто ничтожным. К тому же, нигде не было заметно следов починки или укрепления стен: ни решеток, которыми сдерживали оползень, ни деревянных свай, поддерживающих проседающий потолок. Даже земля под ногами была ровной, будто каменная мостовая, и ни один ручеек не пересекал ее и не портил. Рада поймала себя на том, что смотрит под ноги, пытаясь найти выбоину. Если бы удалось отыскать ее, это место перестало бы так нервировать и превратилось бы в более-менее обычную дорогу из тех, по которым ходят люди. Но выбоин не было, пол оставался ровным, как гладко уложенный паркет, и непрошеные мысли о том, что Редлог вполне мог быть богом, снова полезли Раде в голову.
От основного коридора, который время от времени плавно изгибался, обходя лишь одному ему известные препятствия, расходились в стороны ответвления. Часть из них занимали точно такие же схроны, как тот, в котором они жили первые дни, и когда путники проходили мимо, свет масляных ламп тускло отражался на поверхности золотых кувшинов, сверкал в гранях драгоценных камней, путался в густом слое пыли, которым была покрыта старая рухлядь. Другая часть ответвлений темнела черными зевами тоннелей, ведущих неведомо куда, и оттуда тянуло сыростью и холодом. Поначалу Рада еще пыталась считать, сколько таких поворотов они уже миновали, но скоро забросила это занятие. Совершенно ясно ей было лишь одно: без Редлога они бы заблудились здесь через четверть часа и могли проплутать до конца своей жизни, так и не найдя выхода на поверхность. Теперь становилось понятно, почему Алеор так настаивал, чтобы тот согласился их сопровождать.
Редлог показал им небольшую кладовую с припасами. В полу обнаружился деревянный люк, ведущий в ледник, где хранилось мясо и что-то еще, завернутое в тряпицы. Остальные продукты стояли в ящиках вдоль стен, покоились в уложенных рядами мешках или свисали с потолка, увязанные в тугие узлы. Редлог неохотно признался, что дальше будут еще кладовые, а потому тащить с собой сейчас много не имеет смысла. Так что они взяли продуктов примерно на три дня, отчего сумки значительно отяжелели, и вновь зашагали дальше. С удивлением Рада отметила, что для себя Редлог ничего не прихватил. Он шел с пустыми руками, даже без оружия, по крайней мере, того, что бросалось бы в глаза, и его мятая кожаная куртка была расстегнута при том, что сама Рада поплотнее закуталась в свой полушубок. Наверху стояла зима, там трещали лютые морозы, и здесь, внизу, было не намного лучше. Только вот Редлога это нисколько не волновало, и Рада продолжала коситься на него, раздумывая и задаваясь все новыми и новыми вопросами.