ныло трусил позади на своих двоих.
з столешниц подобие лежанок, я и Ленка так же приняли горизонтальное положение. Один Мадариэль бродил по зале как маятник, что-то ища или рассматривая. А потом вовсе скрылся где-то на улице.
Маг отсутствовал не меньше трёх часов. Я уже волноваться начал, когда он появился, причем, с каким-то эльфом за компанию. Нашел себе родню, понимаешь. Мне-то и одного Мадариэля много было, а тут ещё второй остроухий на мою голову. Блин, думаю, если дед начнёт меня уговаривать взять с собой соплеменника, то ему придётся проявить красноречие. Я просто так соглашаться не стану, выдою старика досуха! Но нет, я ошибся, Мадариэль приволок местного исключительно в качестве "языка", и уже к допросу приступил.
Признаться, со стороны это выглядело забавно, когда выяснилось, что лингвистический барьер между детьми Леса высок и крепок. Остроухие перешли на язык жестов, разыграв перед нами целую пантомиму. Я толкнул в бок Ленку и мысленно позвал дракону, мол, поглядите, девочки, как эти два павлина брачные танцы репетируют! Лена заинтересовалась их телодвижениями, даже перевернулась на бок для лучшего обзора, а вот дракону такие пляски не впечатлили. Сонно моргнув глазом, она отвернулась и послала мне картинку, изображавшую эльфов в довольно фривольных позах. Ха, это что, она их послала что-ли?! По-своему, по-драконьи! Вот это номер, оказывается у крылатых есть свои проявления сквернословия. Надо будет это запомнить, авось пригодится. На всякий случай я мысленно переспросил Вжику, правильно ли я её понял, а получив подтверждение, поинтересовался причинами. Оказалось, что моя ящерка великолепно понимала обоих эльфов, в отличие от них самих. Тогда я попросил дракону внятно пересказать мне, о чем пытаются беседовать эльфы, и получил ясный и понятный расклад. Наш дед интересовался происходящим – что за война и кто её ведёт. А его соплеменник жаловался на злобных демонов, оседлавших драконов, и творящих чёрт знает что. Чем яростнее жестикулировал местный эльф, тем сильнее досадовал Мадариэль, не понимая ровным счетом ничего. Зато дракона заинтересовалась, позабыв про дрёму. Она хоть и была невольной участницей целого ряда стычек в этой войне, но не знала и сотой доли происходящего.
В жестикуляции местного эльфа я не мог понять ничего, как и дед, зато от ментальных посылов драконы мелькающие руки отвлекали капитально. Тогда я встал, отошел в сторону и через пролом в стене бездумно уставился на россыпь звёзд, усеявших почерневшее небо, на полную луну, льющую вниз молочную белизну света, на дракона, купающегося в этом свете…
Дракон?!! Точно! Над руинами города парил дракон с седоком на загривке. Я подскочил к древолюбам, приложил палец к губам, мол, цыц, а для верности ещё и кулак сунул каждому под нос. Потом подтянул местного эльфа к окну и показал на небесного всадника. Ушастый как стоял, так рухнул навзничь. Обморок. Блин, и что он такой впечатлительный оказался? Правда, при виде крылатого огнемёта наш дед тоже с лица спал, побледнел, за накопитель ухватился и давай пальчиками узоры выплетать.
– Всё. – выдохнул Мадариэль. – Теперь он нас не должен заметить.
– Ты о ком, о драконьем наезднике, о вампире?
– Да, о нём. Я поставил отводящий глаз полог, до утра он должен продержаться. Ты, Володимир, только из-под крыши не выходи.
Ага, не выходи, мне же интересно посмотреть, чем этот кровосос заниматься будет! Ведь для чего-то же он сюда прилетел? Словно вняв моим чаяньям, вампир сделал три круга над городом, ненадолго пропадая из виду, а потом повёл дракона на посадку аккурат на пустырь центральной площади, приземлившись прямо перед нашим убежищем. "На полог надейся, но пистолет с жезлом из рук не выпускай" – решил я и, пригибаясь, отправился к лежанке за оружием. Там меня встретили четыре больших, широко открытых глаза. Дракона почуяла приближение родича, а Ленка чисто по-женски уловила приближение неприятностей. Я подмигнул им, успокаивая, и вернулся на свой НП, в смысле очень осторожно выглянул одним глазом через пролом.
Дракон на площади был, замерший что статуя, а вот кровосос куда-то испарился. Эх, пользуясь отсутствием вампира, взять бы да провернуть ещё раз операцию по снятию ошейника! У нас бы тогда два дракона было, а один из них даже исправный, сохранивший способность летать! Но мои мечты разбились об эльфийскую непреклонность, потому что маг сказал – низззя. Ибо при моей попытке выйти на улицу полог лопнет, вампир нас сразу заметит, а там он или сам в рукопашную бросится, или покорного ему дракона натравит. А эльфу, дескать, возраст уже не позволяет от потоков драконьего пламени уворачиваться или с вампиром в пятнашки по развалинам играть. Да и сам процесс удаления ошейника потребует минимум трёх пустых накопителей, которых у нас нет. Одним словом, отговорил он меня от героических поступков, чёрт красноречивый. Сидим, ждём, когда кровосос нагуляется и к дракону вернётся. Я на пальце кручу перстенёк, обездвиживающий драконов, маг думу думает, Вжика бдит, Ленка дрожит, местный эльф в отключке валяется – все при деле по мере сил.