"Где ты летишь, человечек?" – ворвался в мозги зов Вжики.
"Как это где? В небе, конечно! Где ещё можно летать!" – послал я ей ответ и отчаянно фальшивя, затянул во всю глотку: "мы рождены, чтоб сказку сделать былью, преодолеть пространство и простор…"
Видимо драконе через ментал перепало достаточная доза охватившей меня эйфории, потому что она тут же выметнулась из пещеры и взлетела. "Где ты, я тебя не вижу!" – вновь окликнула она.
"Сейчас прилечу! Жди меня над усадьбой!"
От нервного возбуждения меня потянуло на подвиги, и я решил пустить пыль в глаза гонористой ящерице. Набрал высоту под самые облака, и уже оттуда направился к едва видимой вдали точке усадьбы. Вовремя вспомнив, что драконы отлично чувствуют магию, я полностью перекрыл подачу маны, и поэтому вынужден был нестись вперёд сломя голову. Набегающим потоком из глаз вышибало слезу, но так было даже интереснее. Заметив Вжику под собой, я из озорства направил "голубя" прямо на неё, разогнался ещё пуще и, зайдя со стороны хвоста, метеором пронёсся над головой опешившего зверя. "Я лечу!" Одновременно с этим ментальным воплем я заставил аппарат полезть вверх, подстегнув немалую инерцию щедрой дозой маны из накопителя. "Голубь" свечкой взлетел под облака, разом оставив Вжику далеко внизу. Но я не долго пребывал в одиночестве. Скоро, очень скоро к пению ветра в растяжках добавился шум от взмахов могучих крыльев догоняющей меня драконы. Некоторое время мы летели рядом, ровно, как по ниточке, приглядываясь, и словно бы заново узнавая друг друга. Пожалуй, я впервые смог так близко рассмотреть летящего дракона, и могу с уверенностью сказать, что это было ошеломительно красиво. Неловкая, можно даже сказать неуклюжая на земле, Вжика полностью преображалась в небе, разом представ удивительно грациозной, изящной, поражающей утонченно-свирепой красотой опасного хищника. Это было восхитительное зрелище!
Уловив мой восторг, дракона дёрнула головой, словно приглашая меня последовать за собою, сложила крылья и ухнула вниз. Зараженный её азартом, я перекрыл ману, дал ручку от себя и с креном на левое крыло устремился вдогонку. О, Кришна! О, Зевс и Будда! Как мы летали! Что мы только не вытворяли, какие только виражи не выписывали! Да, порой сказывалась моя неопытность, я часто конфузился, иногда перетягивал ручку, терял скорость, сваливался на крыло, а один раз даже штопорнул, разинув варежку особо сильно. Но всё это не имело никакого значения. Я тут же вновь набирал высоту и скорость, и опять гнался за стремительно-неуловимой Вжикой. Крылья "голубя" порой аж постанывали от нагрузки, выгибаясь то вверх, то вниз, а мы всё летали! Летали и куролесили. Нас затопило море, нет, настоящий океан эмоций, которыми мы с драконой щедро делились, испытывая от общности наших чувств чистый, незамутнённый восторг, пробирающий до пят, достающий до самого сердца.
Но всему на свете приходит конец. Утомилась ещё не набравшая полную форму дракона, а я вдруг вспомнил о том, что накопитель далеко не бездонный, и что совершать в первом же вылете вынужденную посадку мне как-то не комильфо, ибо не гоже господину барону терять своё реноме. Мы без лишних слов повернули к лугу, с которого я недавно поднялся в свой первый настоящий полёт. Постепенно теряя высоту и скорость, "голубь" скользил чуть выше макушек деревьев, поддерживаемый в воздухе одной только силой амулетов. Внизу бежала ватага вездесущих мальчишек, они кричали что-то приветственное нам обоим – мне и Вжике, совершенно не пугаясь огнедышащего зверя. Достигнув точки взлёта, я плавно опустил аппарат на траву и откинулся на спинку кресла, наслаждаясь наступившим покоем.