Гордей не рассчитал силы и тряхнул меня. Я закатила глаза, намереваясь снова хлопнуться в обморок, и тут муж понял, что перегнул. Дернул меня на себя и прижал к груди. — Не обижайся, Ди, но ты иногда такая токсичная…
Я чуть было не рассмеялась, но потом подумала, что лишь бы уволил, а разрешения на выход на работу мне от него не надо. Не маленькая. И надо что-то подумать с Ромой. Садик подобрать. Его еще могут взять в частный. Для государственного рано, он будет переживать. И на самый крайний случай мне проще будет тетушку перевезти из деревни. Она конечно отказывалась все это время, хотя Гордей сразу сказал, что это не проблема, но думаю сейчас она должна понять, что это не моего мужа заскоки, а мое желание, моя ответственность.
Тетя Зоя была двоюродной сестрой по матери. Мама только родила меня и сама уехала в Москву, строить карьеру. Оставила меня на бабушку пожилую, а потом так и не вернулась. Поэтому я не знакома была с матерью и сама родив ребенка, перестала искать встреч. Или как-то иначе стараться найти контакт. И так вышло, что меня растила тетя Зоя и бабушка, но бабуля ушла, когда я еще в школу ходила, а тетя отказалась переезжать в город даже когда я устроилась на хорошую работу. А после замужества вообще сказала, чтобы я не смела рушить свою семью опекой над престарелой женщиной. Но я все равно помогала как могла тете, отправлялся деньги и несколько раз даже Гордей предлагал ей переехать в город, чтобы мне не совсем одиноко было. Но тетя Зоя не хотела уезжать от своих цветов, соседей и двух кошек.
Но если я бы попросила помощи, может тетушка не отказалась бы.
С этими мыслями я уснула. Гордей состряпал из себя ослабленную невинность, и когда я прикрыла дверь спальни еще шуршал что-то на кухне. И последующие два дня прошли вот в подобном состоянии. Я не упускала момента ткнуть Гордею куда-то в больное, чтобы он подёргался, а на третий день муж заявил:
— Завтра я уезжаю в командировку. Надо съездить объект проверить.
Я вскинула на него глаза и медленно протянула:
— С Галиной, да?
Глава 7
— Ну она тоже едет, — замялся муж и тут же перешел в наступление. — А что такое? Ты что-то против имеешь?
Имела.
Когда верила ему безгранично, как в той машине на обочине, когда он мне говорил, что все будет хорошо. Когда стоял и сжимал мои пальцы во дворце бракосочетания. Когда ждал за дверьми родовой, а потом плакал, взяв сына на руки.
Я ему верила всегда больше чем себе. Чем в себя.
Но сейчас…
Муж сразу обороняться решил. Сразу нападать начал.
Я пожала плечами, до боли сжимая внутри всю свою любовь, чтобы ни капельки не проронить.
— Мне плевать, — сказала я, развешивая вещи сына по сушилке. — Но чтобы ты знал, я все еще жду, когда ты подпишешь мое заявление на увольнение.
Гордей растерялся, а я поджав губы, продолжила:
— Поскольку я по лицу твоему вижу, что ты мое заявление и в глаза не видел, значит Галочка плохо справляется со своими обязанностями раз до сих пор не передала его в отдел кадров и не дала тебе на подпись.
Сказала как плюнула и, развернувшись, ушла с корзиной для белья на лоджию.
Голубки. Решили в романтическое путешествие съездить.
И ведь самое противное, что Гордей не чувствовал за собой никакой вины. Для него все было нормально. Для него вообще вся ситуация была рядовой.
Только я, оставшись одна на лоджии прижалась к стене спиной и сдавленно выдохнула, чтобы не заплакать.
Он слишком привык изменять мне. Но я это просто так не оставлю. Я такое устрою, что муж заикаться будет. А потом уйду. Просто встану и уйду, чтобы понимал, что таких как я обижать нельзя. Со мной так нельзя.
Гордей нашел меня в кладовой, где я убирала уже маленькие детские вещи. Надо будет найти девочек по объявлениям и распродать часть. А еще у Гордея вообще денег попросить, скажем на что-то для Ромы. Я только собиралась выйти, но муж зашел в кладовую, которая по факту была просто большим шкафом и закрыл дверь.
— Диан, вот объясни мне одно, почему ты взъелась на мою секретаршу? — сказал Гордей тихо, отрезав нас от Ромы, чтобы ребенок не слышал слов скандала.
— А мне радоваться, что муж между мной и секретаршей выбрал секретаршу? — спросила я, едко намекая отнюдь не на рабочие отношения. Галю тоже надо на место поставить, а то слишком шикарно им двоим живется.
Вот встречусь на днях с юристом, решу, что делать и все будет.
— Ди, ты меня что ревнуешь? — спросил усмехнувшись Гордей. А я чуть не ляпнула, что презираю, но вместо этого промолчала и просто обошла супруга, открыв дверь и выйдя наружу.