Эти отношения закончились в один день. Помню, я тогда бросил на какое-то время, и моя девушка тоже бросила. Но, не из-за меня (такие взаимные «качели» как раз могли бы дальше продлить наше совместное мучение), а просто, по каким-то своим причинам.
Никогда не забуду ту субботу. Я приехал к ней, первый раз без выпивки, как и без особых планов, чем заняться. А чем можно было заняться, когда в первые дни после завязки все кажется серым и плоским, и даже любимая еда оставляет внутри какую-то горечь.
Тем не менее, я принес с собой все компоненты для кесадильи, которую мы часто вместе готовили, обильно запивая смесью пива и текилы.
Мы приготовили кесадилью и в тот раз. И хоть, я уверен, само блюдо было точно таким же, как и в прошлые сотни суббот, нам оно показалось сухим и несъедобным. Музыка, которую мы слушали, раздражала, а фильм, который пытались посмотреть, с первых кадров, показался скучным. Нечего и говорить, что вечером мы не занялись сексом, как и не занялись им утром.
Утром случилось кое-что другое. Мы встали рано, у обоих раскалывались головы. В полном молчании выпили кофе, опять-таки, совершенно невкусный, то ли слишком горячий, то ли, наоборот, холодный… в какой-то момент, подняли глаза друг на друга, взгляды встретились. Я не знаю, что подумала она, но я не только подумал, но и понял: это наши последние минуты вместе.
Нарушилась связь, на которой наши отношения держались. Но, грустно было не из-за самих отношений. Кроме пьяного задора, в них не было любви, а привязанность разрушилась. Грустно было то, что два, совершенно чужих, друг другу, человека, провели целый год вместе, только в самом конце поняв, что единственное, что их скрепляет – это бутылка.
***
Отношения, построенные только «на бутылке», – простой вид. Вы сразу распознаете их, когда бросите. Достаточно одного искреннего обмена взглядами, и все станет понятно. Возможно, вы будете цепляться за эту связь. И скорее всего, будете. Увы, любые отношения не закончить, просто нажав на кнопку. Но, если вы снова не начнете пить, то такие отношения сами сойдут на нет.
И лучшее, что в такой ситуации вы можете сделать, – не терять время и силы друг друга, просто оставшись хорошими знакомыми, каждый со своими воспоминаниями. Я не знаю, сложнее или легче бросать, в одиночку, или с кем-то рядом. Но, если вы продолжаете отношения, построенные на бутылке, когда «магия» игры уже развалилась, то с таким человеком, бросить будет куда сложнее, в этом я уверен.
У таких отношений есть и менее дружелюбные, и более продолжительные, варианты. Один из самых распространенных: жертва – преследователь. Когда один из участников делает что-то нехорошее другому (он – преследователь), а потом получает от жертвы «алаверды», меняясь ролями.
И чтобы показать вам уж совсем антигламурный пример, вспомню историю своего «народного» друга Гены, из деревни. У него с женой, как раз, были отношения «жертва – преследователь».
Деревенская жизнь не очень разнообразна сама по себе, поэтому их сценарий повторялся с точность до часов и минут.
В первый день, Зоя (жена Гены) уходила куда-то, на работу или по каким-то еще делам. Гена что-то чувствовал и в такой день не пил. Он ждал появления случайного «свидетеля» (не хочется углубляться в терминологию психологических игр, но по-другому, этот персонаж никак не назовешь), который извещал его о том, что «Зойка пьяная валяется».
Да, кто никогда не видел деревенской жизни, пусть не удивляется. Норма выпивки в деревне обычно измеряется понятиями «упал и хватит», пьют до падения.
Гена, повесив голову (надевая роль жертвы), брал тележку (зимой – санки) и отправлялся в назначенное «свидетелем» место.
На обратном пути, на тележке уже тряслось тело этой бедной шестидесятилетней женщины-алкоголички, без сознания. Гена шел через всю деревню, «подбадриваемый» толпой. Роль жертвы подходила к развязке, достигая пиковой нагрузки. Со стороны доносились фразы типа «Смотри, Генка опять свою везет!» или «Зойка-то совсем плохая…», и любимое деревенское «Вот непутевые-то…».
Придя домой, плотно закрыв дверь, Гена садился и ждал пробуждения «непутевой», готовясь поменяться ролями, взяв роль преследователь.
И действительно. Как только, его «любовь» просыпалась и обретала хоть какое-то сознание, он начинал «учебу», результатом который были многочисленные синяки и кровь.
Тогда я не понимал, мне казалось это странным, диким. Но, перед самой «учебой», он наливал жене стакан, чтобы та опохмелилась. Он даже, кажется, говорил «чтобы учебу лучше запомнила». И потом, начинал ее сильно бить – по официальной версии – за пьянство.
Только недавно я понял, что стакан был для того, чтобы та действительно запомнила. Но, не с целью какого-то нравоучения. А чтобы запомнила эту часть этой жуткой «игры», не пропустила ее.