– Господи… – вздыхал я.
– Что, что, что… что такое!? – беспокоилась моя жена, думая, что у меня начался инсульт или что-то такое.
– Господи… я же забыл…
После слова «забыл», подставлялись разные причины, по которым я должен на пять минут вернуться домой. Забыл сделать что-то важное по работе, забыл закрыть машину, забыл кофе на плите… я уже говорил, мозг алкоголика чрезвычайно изобретателен на тему «как выпить».
– Идите дальше… без меня! – произносил я с миной страдания, означающей, что ненавижу свою «ношу» и что счастливая воскресная прогулка, всей семьей, для меня отныне безвозвратно испорчена.
– Ну ладно, иди. – пожимала плечами, жена. Не понимая, к чему такая экзальтация чувств.
Глубоко вздыхая, разочарованно мотая головой, всплескивая руками, я уходил выключать кипящее молоко или отправлять самый важный, в своей карьере, email.
На самом деле, быстро пройдя в обратном направлении пару домов, я поворачивал за угол, заскакивал в магазин, где меня ждало все «великолепие» воскресного мира.
Через десять-пятнадцать минут, я появлялся на Патриарших, махал издалека жене и, сразу же, сворачивал в туалет. Где и происходило употребление купленной двухсотграммовой фляжки. Через пять мину, пьяный, осоловелый, придурковатый, я появлялся на детской площадке, распевая дифирамбы воскресным семейным прогулкам по прекрасным историческим местам своего родного города.
– Как же все-таки хорошо! – вздыхал я, сидя на лавочке, обнимая жену.
– Слушай, опять каким-то алкоголем пахнет. – подозрительно шмыгала она носом.
– Ну, Патриаршие… – разводил руками я, давая понять, что в этом, воспетом Михаилом Афанасьевичем месте, возможно и не такое.
– А ты точно не пил!? – иногда, не унималась она.
– Что ты! Как можно! – картинно хмурился я, про себя, начиная изобретать следующий повод отлучиться за следующей фляжечкой.
Не так давно, я снова был на Патриарших, но уже без выпивки. И с удивлением обнаружил, что к зданию туалета пристроено маленькое, сохранившееся со времен булгаковской Москвы, здание с надписью МОГЭС. Этот домик, украшенный бордюрами по периметру, стоит рядом с той дверью, куда я тысячи раз заходил, и привлекает внимание свой аутентичностью, особенно шрифтом букв надписи, означающей Московское Объединение Государственных Электростанций.
Но, я заметил его впервые. Сотни дней, литры выпитого виски, джина, коньяка… километры, которые я намотал вдоль почти пересохшего пруда… а это, без сомнения, привлекающее к себе, здание, я заметил впервые.
Не удивительно. Все прежние разы, уже за пятьдесят метров до входа в туалет, когда во внутреннем кармане «чесалась» фляжка, я и не мог ничего замечать. Мне и не нужно было ничего, кроме того, что было в кармане.
Много лет спустя, когда я писал эти строки, а моя жена узнала обо всем, она сказала только одно: Боже мой… если бы ты всю ту энергию тратил на…
Честно говоря, я не помню, что было после «если бы тратил на…». Это и не важно. Творчество, семья, деньги, хобби, спорт… очень много, на что можно тратить свою энергию.
***
Сложно улучшать и продлевать жизнь тому, кто выбрал «не быть». Я не могу и не буду этого делать. Просто я выбрал для себя «быть» и пишу о том, как это у меня получилось и почему.
Я не буду писать «боритесь, боритесь из последних сил, и вы преодолеете зависимость». Увы, это не так. Здесь применим базовый закон физики: сила действия равна силе противодействия.
Поэтому не борьба, а осознанность и регулярная работа со своими чувствами и переживаниями – единственное, что может помочь не пить.
Как я уже говорил, перестать пить – не разовая схватка, на силе воли здесь далеко не уедешь.
Еще меня часто спрашивают, есть ли точка невозврата. Когда, употребляя алкоголь, бросить уже невозможно, никакими средствами и способами. Мой ответ – нет. Перестать пить – можно всегда.
Но, есть другие точки невозврата и их много. Здоровье, семья, работа, социальный уровень. Бросить можно, а вот вернуть, восстановить все остальные «точки» – увы, нет. Или, можно восстановить, но не полностью.
***
Что нужно всем этим людям!? – таким видом высокомерия начинаешь страдать после достаточно долгой и осознанной завязки.
Что, на самом деле, нужно им, то есть нам, алкоголикам?
Деньги – нет! Мы готовы разрушить финансовое благополучие, даже если оно у нас есть, лишь бы получить оправдание пить дальше. Семья, близкие люди, отношения!? И да, и нет. Я заметил, что многие алкоголики – люди, патологически боящиеся одиночества, предательства. И, во много, поэтому, повинуясь извращенной логике своей зависимости, они всех вокруг проверяют на «стойкость». Сколько еще выдержит этот человек? Как он себя поведет, если я упаду совсем низко, ха-ха!? – никто так, конечно, не думает, но именно к этому стремятся, повинуясь сложным законам психики.