— Думаю, мне представляться без надобности, — с улыбкой сказала Аннабелль. Она уже не чувствовала благоговейного страха перед новой знакомой. То, как Эрвелин двигалась и говорила, вызывало лишь желание ещё больше говорить с ней — неважно, о чём. Но сперва хотелось обсудить самое главное.
— Можешь назваться ради приличия, — улыбнулась колдунья, — Анна.
— Да, именно так, — кивнула девушка. — У меня есть несколько вопросов…
— Ну, разумеется! — воскликнула женщина и рассмеялась. — Ещё бы их у тебя не было!
— И я хотела бы их Вам задать, — медленно проговорила Анна. Лицо ведьмы тут же сделалось серьёзным. Она подошла к Анне и сказала:
— Во-первых, прибереги «Вы» для замка, у меня всё по-простому, — в следующую секунду тень сошла с её лица, — а во-вторых, не будем же мы разговаривать среди дороги. Скорее за мной, если хочешь вернуться до заката!
С этими словами она устремилась дальше по тропинке, иногда сходила с неё и обходила вокруг деревьев. Аннабелль не знала, зачем это нужно, но следовала за колдуньей шаг в шаг, подозревая, что каждое движение делается не просто так. Пару раз ведьма останавливалась и, весело подмигнув Анне, возобновляла бег. Девушка так спешила, чтобы не отстать, что совсем забыла о том, чтобы отмечать дорогу, но кусты и деревья делали это за неё, отрывая лоскуты от её наряда своими длинными тонкими ветвями. Анна мысленно попросила прощения у всех, кто трудился над платьем, которое она пустила в расход так безжалостно. «Оно не стоит того», — сказала Эрвелин, взглянув на девушку поверх плеча. Аннабелль виновато посмотрела на неё, теперь извиняясь не за платье, а за свои мысли, такие неважные по сравнению с тем, что происходило вокруг неё. Вдруг она почувствовала, что приобретает ту мелочность, которая ей не нравилась в остальных людях её окружения, которые могли ругаться на то, что в доме не осталось ни одной свечи, и не замечать красоты открывшейся им лунной ночи.
Эрвелин вывела Анну на небольшую поляну, земля там была сухой и плотной, как будто кто-то старательно разравнивал её, чтобы сделать плац, но все планы рухнули, когда в самом центре этой миниатюрной пустыни, разрывая и дробя землю корнями, пробилось дерево. Теперь это был высокий тенистый вяз, его корни расходились по всей поляне, а в кроне, на массивных ветвях, громоздился маленький домик, неказистый и обшарпанный ветрами и дождём, так что казалось, что он развалится при первом же дуновении ветра. Несмотря на свой странный вид, дом крайне уместно смотрелся, как неотъемлемая часть поляны и леса в целом. Забраться в него можно было по длинной верёвочной лестнице, единственному предмету, выглядевшему более или менее новым.
На земле, в корнях вяза, сидели мелкие птицы. Белки то появлялись, то исчезали во впадинах у основания ствола, а у самой лестницы Аннабелль заметила четыре знакомые ей фигуры. Дети, встретившиеся ей не так давно, сидели и перебирали орехи, громко разговаривая и смеясь. Они изменились: волосы у них отросли и непонятно было, кто из братьев Марк, а кто — Мартин, которая из сестёр Жанетт или Адель. Эрвелин, судя по всему, прекрасно обходилась безо всяких обозначений и с лёгкостью различала детей. «А вот и мои помощники!» — громко сказала она, выйдя на поляну. Дети подняли головы и на их лицах засияли улыбки. Они оставили своё занятие и подбежали к колдунье, ещё издалека радостно приветствуя её. Заметив Аннабелль, они остановились и с опаской взглянули на неё. Девушка потупила взор, чувство вины заскреблось где-то глубоко в душе, выцарапывая себе дорогу наружу. «Они здоровы и счастливы, о них есть кому позаботиться», — утешала она саму себя, но мысль о том, что всё могло сложиться иначе, не давала ей покоя несмотря ни на что.
— Как у вас дела? — спросила Эрвелин, её весёлый голос развеял неловкость.
— Всё в порядке, — ответили дети.
— Хорошо. У нас гостья, если хотите, можете попить с нами чаю, — с этими словами она направилась к дому. Анна последовала за ней, но, сделав пару шагов, остановилась и обернулась к детям.
— У вас всё хорошо? — спросила она.
Дети посмотрели на неё так, словно она сказала какую-то глупость, переглянулись и, беззлобно рассмеявшись, вернулись к своему занятию. Анна облегчённо вздохнула и пошла к Эрвелин, которая тем временем успела преодолеть половину лестницы безо всякого труда.