-- Да, Ваше Сиятельство.
-- Ну, и ладно. – Графиня шумно вышла из кабинета. В комнате осталась тишина, как-будто никого не было, только дрова трещали в камине и часы на его полке тикали. Глаза Варя даже не думала поднимать, но вместо своих кончиков туфелек разглядывала сапоги Орловича. Заговаривать первой она не считала нужным, да и о чём говорить с совершенно чужим мужчиной? Ситуация сама по себе двусмысленная, находиться наедине с чужаком… Её репутацию уже можно было считать погибшей и можно собираться домой. И если слухи дойдут до их местечка, то даже г-н Новиков не станет смотреть в её сторону. Наконец Орлович заговорил:
-- Мадемуазель, прошу вас, простите графиню, если её тон не пришёлся вам по душе. Она была излишне строга, как мне показалось. Я знаком с ней на протяжении многих лет, и всегда видел в ней добрую, отзывчивую женщину, понимающую и щедрую душевно. А её строгость, это маска и ничего более. Мы не виделись с ней несколько лет, но стоило мне обратиться к ней, она тут же без колебаний откликнулась на мою просьбу.
Орлович замолчал, и Варя почувствовала, что должна сказать хоть несколько слов, чтобы показать, что готова выслушать собеседника. Чем быстрее закончится эта тяжёлая сцена, тем быстрее она сможет уйти. Подняв голову, она бросила мимолётный взгляд на собеседника и выдавила из себя:
-- Как… какую просьбу? – И тут она вспомнила, где видела этот удивительный взгляд необыкновенных синих глаз. Ну, конечно! Там, на мостовой в Москве их мимолётная встреча, когда Сонечке вздумалось купить подарок Александре Павловне. Она вспомнила!
-- О! – Варя неожиданно даже для самой себя опять подняла взгляд и посмотрела в лицо Орловича. Воскликнула. – Это вы? Там, в Москве?
Мужчина тихо засмеялся:
-- Я даже не надеялся, что вы вспомните ту встречу. Однако, я несказанно рад. И должен признаться, что она произвела на меня неизгладимое впечатление… -- Орлович сказал последнюю фразу так серьёзно, что Варя растерялась – что он хотел этим сказать? И глаза его больше не улыбались, в них не было золотой искринки. Сердце её упало куда-то вниз, наверное, в пятки. Он сейчас совсем не похож на мужчину, очарованному женщиной, как она мельком подумала, едва узнав его. Чтобы ненароком не выдать своих чувств, Варя опять опустила глаза вниз. Она боялась, что он в силу возраста более проницателен и видит её насквозь. Больше всего на свете Варя сейчас хотела, чтобы вошла, наконец, тётя и разговор перешёл бы в иное русло. Но тёти не было, и пауза затягивалась. Варя просто не знала, что Орлович пользуется моментом и всматривается в черты её лица и ему даже на руку, что она не смотрит и не видит его взгляда. Но и он понимал, что молчание вечно длиться не может, поэтому кашлянул и заговорил:
-- Её Сиятельство забыла нас представить друг другу. Если вы не против устранить этот пробел, Варвара…
-- Петровна. Варвара Петровна Егорова.
-- Тогда к вашим услугам Вадим Антонович Орлович. Вдовец и помещик. Как вы смотрите, если мы присядем на диван и доверительно поговорим?
Варя согласно кивнула головой и прошла к указанному месту. Усевшись в самый уголок дивана, она сложила руки на коленях и приготовилась слушать. Вадим Антонович уселся в противоположный угол:
-- Для лучшего понимания ситуации, мне хотелось бы поговорить о том, почему вы произвели на меня неизгладимое впечатление.
-- Если это необходимо, я не возражаю.
-- Да, необходимо. Не стану ходить вокруг да около, скажу сразу, что вы, как две капли воды похожи на мою покойную жену. – Варя опять метнула взгляд на Орловича, но он смотрел в сторону от неё. – Конечно, не на ту, которой она была последние годы своей жизни, а на молодую. Ту, которую я встретил на придворном балу. Я когда увидел вас, просто испугался. Не могут люди так сильно походить ни с того ни с сего. Разыскать вас не составило труда по гербу на карете. Когда я последовал за вами в столицу, я знал ваши и имя, и отчество, и фамилию, наверно, именно поэтому графиня не сочла необходимым представить нас друг другу. Я узнал всю вашу родословную, по документам восстановил ваше родословное древо, вплоть до четвёртой ветви. Той, из которой ваш благодетель, оплативший обучение.
-- Зачем?
-- Я искал связь вашей семьи и семьи моей покойной жены.
-- Вы что-то нашли? – Варю уже заинтересовал рассказ Орловича, и она напрочь забыла о смущении.
-- Нет. Ничего не нашёл. Во всяком случае, прямой связи нет. Возможно, в боковых ветвях есть пересечения, но моя жена из главной ветви. Хочу признаться, что меня так увлёк этот вопрос, что я хочу непременно продолжить изыскания.