"...Признаюсь, что я преступник, получивший незаконным путем от государства шестьдесят - шестьдесят пять тысяч рублей, - писал впоследствии Коркин, когда почувствовал, что дальнейшее запирательство бессмысленно. Но в этом, конечно, виноват не только я, но и руководители орсов. Ведь это они выплатили или, вернее, украли большие суммы государственных средств и выплатили их мне. Им хорошо было известно, что я не министр торговли, фондами не распоряжаюсь и что все это делается за взятки".
У посреднической подпольной "конторы" было много клиентов, и число их возрастало с каждым месяцем. Но наступило то, что должно было рано или поздно наступить: "фирма" потерпела крах. Прокуратура возбудила уголовное дело, дельцов одного за другим арестовали, предварительное следствие, суд. Внимательно слушая вопросы государственного обвинителя и ответы подсудимых, Фролов время от времени наклонял голову. Он мог быть доволен работой, которую провела под его руководством следственная бригада прокуратуры. Все пункты составленного им обвинительного заключения подтверждались в суде свидетельскими показаниями, документами, объяснениями экспертов. Но Фролов не был доволен.
Почему?
- К сожалению, - сказал Николай Николаевич, - в зале судебного заседания я не вижу ни одного плановика из системы Министерства торговли. А им бы не мешало знать, к чему приводят ошибки в планировании.
- Но ведь прокуратура направила представление.
- Переиначивая старую пословицу, можно сказать, что лучше один раз послушать, чем десять раз прочесть.
...А через несколько дней после вынесения приговора по делу Коркина и других у нас состоялась весьма любопытная беседа.
* * *
- Помните басню Крылова про вороватого кота и велеречивого повара? спросил Фролов. - Пользуясь современной правовой терминологией, повар применял там метод убеждения, а автор басни отстаивал усиление карательной политики. С позиций сегодняшнего дня оба, конечно, были неправы: убеждение должно сочетаться с принуждением. Но основной просчет в другом: и баснописец, и герой басни совершенно забыли о профилактике хищений. Посудите сами. Предположим, кот Васька исправился, перевоспитался, стал честным, образцовым котом, примером в быту для всех других представителей кошачьего семейства. Что из этого? У повара нет никаких гарантий в дальнейшей сохранности продуктов. Через день или через месяц сало может стащить кошка Мурка, а крупу сгрызут мыши, с которыми повар не успел провести разъяснительную работу. Между тем достаточно повару переложить продукты на верхнюю полку, и проблема решена самым кардинальным образом. И повару спокойно, и Васька избавлен от искушения, и съестному ничего не угрожает... Вот вам наглядные преимущества профилактики.
Ведь вы знаете, что, расследуя любое дело, мы, в отличие от Шерлока Холмса или Пуарэ, заинтересованы не только в истине, но и в том, чтобы подобное в дальнейшем не повторилось. Однако многие однотипные - я подчеркиваю - однотипные хищения государственной собственности, увы, повторяются. И не исключено, что где-то может появиться новый Коркин, который организует точно такую же посредническую частную контору и будет воровать теми же способами, что и его предшественник. Теми же способами... Обидно.
- Я не любитель статистики, - продолжал после паузы Николай Николаевич. - Но иной раз цифры достаточно красноречивы. Вот данные выборочного исследования уголовных дел по хищениям.
На листе бумаги аккуратным почерком Фролова было написано:
1. Хищения составляют 25-30 процентов всех преступлений.
2. 53 процента осужденных за хищения в строительстве ранее судимы.
3. По 83 процентам дел привлечены за соучастие в хищениях в особо крупных размерах работники бухгалтерского учета.
4. По 53 процентам дел расхитители прибегали к способам хищения, которые не вызывали недостачи имущества, отражаемой на балансе организации.
5. По 49,5 процента хищений в особо крупных размерах недостача скрывалась путем подлога первичных документов и данных бухгалтерского учета.
6. 85,5 процента крупных хищений продолжались свыше года.
7. В 89 процентах случаев крупные хищения могли быть вскрыты в зародыше контролирующими органами и тотчас пресечены.
8. 42,4 процента осужденных за хищения в особо крупных размерах указали, что их преступлениям способствовало отсутствие должного учета материальных ценностей, денежных средств, плохой контроль за их расходованием, в частности формальная постановка внутриведомственного финансового контроля, ревизионной работы и инвентаризации имущества.
Подождав, пока мы ознакомимся с записями, Фролов спросил:
- Любопытные цифры?
- Весьма.
- Уже одни эти цифры могут указать основные направления профилактической работы по предупреждению хищений, в первую очередь крупных. Почти в каждом преступлении есть какой-то элемент случайности то, что трудно или просто невозможно предусмотреть. Попробуйте, например, прогнозировать конкретное убийство из хулиганских побуждений. Предугадайте, что именно в Измайловском парке и именно в течение этого года будет найден труп гражданина, убитого пьяными хулиганами. Прямо скажем, шансов попасть в точку у вас немного. А вот хищения можно прогнозировать, для этого достаточно хорошо изучить ситуацию в той или иной организации. Хищения ржавчина, а ржавчина появляется в силу изученных причин. На фабрике бесхозяйственность? Обезличка? Плохо организованы учет и отчетность? Нарушаются правила оформления документов, хранения бланков строгой отчетности? Это уже симптомы. Поэтому вы с достаточной долей уверенности можете предполагать, что здесь рано или поздно вскроются хищения социалистической собственности. А раз так, то вполне понятно, что и предупредить воровство реальней, чем многие другие виды преступлений. Разве не логично? Но для этого в числе других условий нужно, чтобы суд над расхитителями стал своего рода школой. В зале обязательно должны присутствовать хозяйственники, экономисты, ревизоры, плановики, бухгалтеры. И не только присутствовать, но и делать практические выводы, учиться профилактике хищений, тем более что некоторые уголовные дела - не школа, а уж что-то вроде университета профилактики...