Он смотрит на меня пытливо:
— Ты знаешь?
— Ты не особо массировался. Так если бы её не было, ты бы... ты бы был со мной?!
Он смотрел на свои ноги очень долго. А потом сказал:
— Если бы не было Лены, ты была бы идеальной спутницей для меня. Если бы её не было, я бы жил спокойнее. Возможно, счастливо,– поднимает глаза на меня. Чёрт , они сияют светом, присущим только ему в моменты счастья,— но она есть. И я бы не променял ни одно мгновение с ней ни за какое счастье мира.
Он встал и пошёл к двери:
— Я ухожу Жасмин. Не делай глупостей, не унижайся, — и вышел за дверь.
— Если бы не было Лены, ты была бы идеальной спутницей для меня,— обхватила колени и как сумасшедшая повторяю ,— Если бы не было Лены...
Глава 33
Ленушка
Уже две недели мы живем втроём и мне... нравится.
Да, знаю. Это сродни стокгольмскому синдрому: получать наслаждение от жизни с твоим насильником, манипулятором и фактически тем, кто насильно держит возле себя. И тем не менее я наслаждалась каждым мгновением, боясь признаться себе самой, что уходить уже никуда не хочется. Словно, я на своём месте. И тем не менее, постоянно присутствовало чувство, что я самозванец и в один прекрасный момент всё рухнет. Взорвется как мыльный пузырь.
И бабахнет так, что всё пережитое мне покажется раем.
Поэтому … пока была возможность, я решила наслаждаться каждым прожитым часом в идиллии.
Больше всего обожаю утро, даже не тогда, когда просыпаюсь в горячих объятиях Бараева, даже не тогда, когда обнимают меня маленькие ручки Виктории, которая в очередной раз попросилась спать с нами, боясь засыпать и просыпаться одной… Мы так и спали: я нежно обнимала малышку, а Шамиль крепко прижимал меня к себе своей медвежьей хваткой, зарываясь носом в мои волосы.
И даже ценнее этого для меня наши завтраки, когда вся семья собирается за столом, чтобы увидеть друг друга и пожелать прекрасного дня. Мы шутим, смеёмся и обсуждаем самые обыкновенные планы на день. Это так тепло, уютно, по-семейному…
Несмотря на то, что Бараев редко проводит с нами обеды и ужины, он всегда старается вытянуть нас к себе. Отправляет машину , сопровождая звонком , что очень нас ждёт. Кажется, была бы возможность, он бы за ниточку привязал нас и водил за собой. Хотя, вот чего-чего, а возможностей у него миллион. Остаётся только гадать почему он так до сих пор не сделал.
Стоп. Я выше сказала «семья»?! Два раза?! Да что же происходит со мной! Какая это семья?! Чужой мужчина, чужая дочь, да и я для них чужая... что со мной происходит ? Ведь в действительности всё не так, а очень и очень не здорОво . Боже, дай мне сил и здравого смысла.
И даже после призыва о помощи высших сил, не могу отвести глаз от крохотного личика малышки, которая так сладко спит.
Бараев целует меня за ухом и шепчет: — Сан йезар,– повторяя этот ритуал на протяжении нескольких недель. Он вообще часто говорит на чеченском, когда рядом. Шамиль не осведомлён, что проведённое время на «свободе», я каждый день думала о нем, изучая чеченский. Поэтому его признания в любви и утренний шёпот «моя любимая» всегда остро пронзали душу, извлекая осколки надежд и детских фантазий на тему семейной жизни.
Этот день ничем не отличался от других. Вот ни капельки. Признания в тёплых объятиях Бараева, приятное томление, когда он позволяет себе все так же на чеченском сказать, что я невероятно красивая, что живет и дышит мной одной … Виктория рядышком, так сладко сопящая, заканчивала великолепную картину великолепного пробуждения. Идеальное утро.
Выскользнув с постели под возмущённый стон Шамиля , на цыпочках хихикая забежала в ванну и уставилась в огромное зеркало во всю стену. На меня в отражении смотрела сумасшедшая девчонка с горящими глазами и улыбкой от уха до уха. Волосы растрёпаны, ночнушка не застегнута на верхние пуговицы. Грудь приподнимается всё выше, словно…
Да, так и есть. Мое тело реагирует на него быстрее меня.
Поворачиваюсь и вижу Бараева, который ленивой походкой хищника медленно приближается ко мне: