«А знаешь, Бруня, меня терзает смутное сомнение, что тебя бесит именно тот факт, что какую-то девчонку, простого человека, – ну, тут я немного покривила душой: простым человеком меня не назовёшь при всём желании, – приняли за одно из высших божеств, а тебя, ужас какого сильного и великого Высшего вампира – нет. Так завидно, что аж зло берёт!!! И не стыдно тебе?! Нет?!»
«Кто ты такая, ведьма, чтобы стыдить меня, – прищурился хозяин, но тут в его голове что-то щёлкнуло и он взревел: – Как ты меня назвала, дрянь??!!»
«Бруня, – как пай-девочка, я послушно повторила свои слова, сделав невинное личико и «наивно» хлопая глазами. – А что? Тебе не нравится?»
Он не ответил, просто закрыл глаза и старался дышать медленно и глубоко, словно надеялся таким способом унять ярость. Тонкие чуткие пальцы, вцепившиеся в край столешницы, легко продавливали крепкое дерево, оставляя на нём глубокие и чёткие вмятины. Почему-то именно это напугало меня больше всего. Такой может запросто все кости мне переломать не особо напрягаясь, и даже мои занятия восточными единоборствами не особо помогут…
«Знаешь, – тихо произнесла жрица (она до сих пор дублировала мысленную речь устной), – может быть, ты тоже бог. Только не моего, и не этого народа. Ты сказал, что повелеваешь пространством и временем. Так почему бы тебе не найти людей, которые будут тебе поклоняться?»
После этой фразы египтянки вампир начал успокаиваться. А может, и вправду задумался, «а почему бы и нет»? М-да, представляю себе, каким он богом будет. Самое мягкое определение – хреновым. Если он даже позаботиться о двух прекрасных и беззащитных девушках не может, то что хорошего от такого божества следует ждать?
Когда Брунгальд открыл глаза, они снова были льдисто-серыми. Искривил губы в холодной усмешке:
«Если тебе дорога твоя жизнь, ведьмочка, – мысли вампира были острыми и тихими, как будто он с трудом сдерживал желание свернуть мне шею, – то никогда. Не называй. Меня. Бруней». Отчеканив эти слова он медленно поднялся из-за стола.
«Хорошо, – бросила я ему в спину, как копеечную монетку в шапку фальшивого калеки. И мстительно добавила, – Как скажешь, Гальдик».
Хозяин остановился и сжал кулаки. Мне даже показалось, что я расслышала скрип зубов. Но вампир смолчал и даже не обернулся, чтобы взглянуть в мои честные глаза.
Я в мыслях быстро прокручивала наш милый диалог, пытаясь поймать за хвост и водрузить на полагающееся место мелькнувшую мысль, проскользнувшую мимо меня как муха на излёте. Что-то кружилось у края сознания, жужжало о своей крайней важности, но что…
Я бездумно проводила взглядом вампира, уже дошедшего до лестницы, когда вспомнила о чём так хотела его спросить.
«Брунгальд, стой! – мысленно завопила я, вскакивая из-за стола. За спиной покачнулась тяжёлая скамейка, ударив меня под колени. Я поспешила перескочить её и броситься вслед за хозяином. Впрочем, вампир стоял и терпеливо ждал, пока я подожду. Интересно, он что, на чистосердечное покаяние надеется? Не дождётся! Хотя… – Подожди, пожалуйста… « «Ну?»
«Ты ведь говорил, что можешь проходить сквозь время. Так? – чуть требовательно спросила я, попытавшись сгладить получившийся эффект умильной физиономией. Брунгальд спокойно кивнул, ожидая продолжения концерта. Я облизнула разом пересохшие губы. – А ты пришёл из прошлого или будущего?»
«А какое тебе до этого дело, ведьмочка?» – преувеличенно ласково спросил хозяин, глядя на меня с вежливым удивлением. В комнате было довольно тепло, но меня всё равно начал трясти озноб.
«Ну, интересно мне! В моём времени о таком феномене ничего точно не известно, вот я и….» Но продолжить он мне не дал.
«Вот оно что… в твоём времени… – с каким-то болезненным удовлетворением прошипел хозяин. – И кто-то ещё упрекал вампиров в расчётливости!»
Глаза вампира снова потемнели, но стали не красными, а тёмно-свинцовыми, как низкое небо над фьордами. Он быстро схватил меня за плечи, я даже не успела отстраниться, и словно выплюнул в лицо несколько фраз, сопровождаемых таким эмоциональным фоном, что я постаралась втянуть голову в плечи.
«Ведьмы! Самые бесчестные и расчётливые существа!.. И ты ещё смеешь просить меня о помощи??!!» А вот тут уже обиделась я, хотя характеристика мне очень подходила.
«Во-первых, я не ведьма, – я упёрлась кулачками ему в грудь, пытаясь вырваться. – А во-вторых, я не просила у тебя помощи!!! Что, уже и на один вопрос западло отвечать, такой весь из себя великий и важный, да??!!»
Не знаю, что бы я ещё ему такого успела наговорить, но ему видно хватило и этого. Бить он меня не стал, и на том спасибо. Просто отшвырнул от себя, как какую-нибудь противную козявку и тенью взлетел по лестнице наверх, сразу скрывшись где-то в коридорах.
Я приподнялась на локте и с ненавистью посмотрела ему вслед, не скупясь на нецензурные эпитеты для клыкастой персоны нашего хозяина. Ко не подбежала Анрис, трепетно помогла подняться и отряхнуться. «Божественная? Ты в порядке?» Кажется, я нашла на кого сорвать свою злость.
«Анрис, – жёстко произнесла я. – Прекрати величать меня богиней! Мне это уже надоело!»
На это девушка резонно возразила, что простым людям сравнение с богами должно льстить.
«А мне – нет, – отрезала я, уперев руки в боки. – Это уже просто не смешно. Я приказываю тебе, чтобы меня больше не величала божественной Тефнут!!!»
«А если ты не богиня, то по какому праву мне приказываешь?» – неожиданно со спокойной серьёзностью спросила египтянка. Я осеклась и в задумчивости клацнула зубами. Неужели верная жрица решила взбунтоваться?
Прекрасно себе представляю, какое ошарашенное у меня было лицо! Грех на такое в своё удовольствие не полюбоваться! Из вежливости, Анрис любовалась очень мало, неожиданно глаза её потеплели и тряхнув головой она тихо рассмеялась.
«Знаешь… Элис… моё имя означает «круг жизни Исиды», и я должна была стать жрицей в её храме. Но волею судьбы я попала в храм небесной львицы, – она в задумчивости склонила голову, – не знаю, чтобы меня там ждало – жрицей я была не самой лучшей. И жертва Тефнут была наибольшим, что полезного я могла принести. Если бы не ты… я просто не могу представить, что бы меня ждало!»
Тут девушка трогательно всхлипнула, как маленькая Хельга, уламывающая родителей купить ей очередную куклу.
«А уж что меня ждала в вашем храме», – тяжело вздохнула я, вспомнив ушастого фараона.
Египтянка бросилась мне на шею и начала всхлипывать и что-то бормотать. У бедной девушки началась истерика – это я-то благодаря воспитанию не принимаю представителей других рас за дива дивные, чуда чудные. А каково юной жрице?
Я молча смотрела поверх её головы куда-то в стену, не фокусируя взгляд. Страдала я, скорее, переизбытком воображения, и теперь могла прекрасно представить, что могло бы быть, если стерве-Судьбе не было угодно столкнуть нас лбами. Показательная казнь самозванки, замаскированная под торжественно жертвоприношение – лучшее, что могло меня ждать. Богатая фантазия широкими мазками извлекала из небытия тёмные залы, огромные, но словно давящие на плечи, внутри которых хочется согнуться в три погибели, ещё сильнее ощущая свою ничтожность; бесконечные церемонии, непонятный язык, поклоны жрецов и кривые улыбки жриц, кровавые жертвоприношения и редкие прогулки под стражей, как особо опасный преступник под конвоем… Почти совершившееся замужество, лопоухое убожество хрен знает какой династии рядом. Всё это – потеря свободы. Потеря себя самой, своей личности, всего того, что я ценю больше всего на свете. Своей независимости. Вот так и рождается дружба…
Я тряхнула головой, отгоняя назойливую картинку. Бррр, ну и кошмар, такое во сне увидишь – седой проснёшься! Совесть, старая облезлая змея с обломанными зубами, подняла голову и немигающим взглядом уставилась на меня. И чего тебя на этот раз надо, чудо? Я Анрис не обижаю и никому не дам её обидеть… Чем-то она мне напоминает Хельгу… такой, какой я хочу её видеть. Только, увы, перевоспитать сестричку мне не удаётся – на редкость невразумительная особа!!!