– В одно очень милое место, – рассеянно отозвалась ликвидатор, внимательно разглядывая окрестности.
– А туда долго идти? – настороженно уточнила я. Дорога вилась вдаль и ввысь, закладывая петли, и приводить нас куда-то не стремилась.
– Мы уже пришли.
Дорога впереди заискрилась и осыпалась колючими осколками. Мы стояли посреди летнего луга, сочно-зелёная трава достигала пояса. В ней проглядывали алые цветы мака. Воздух был наполнен густым терпким ароматом трав, напоминающим резковатый запах мяты с примесью пряностей и серы. Было довольно тяжело дышать, заслезились глаза. Правда через пару мгновений мне стало лучше, неприятные ощущения исчезли, и я смогла разглядеть поднимающиеся над полем колечки ядовито-зелёного дыма.
– Где мы? – удивилась я. Такое ощущение, словно в другой мир попала, а не в Сети блуждаю.
– Здесь собираются любители природы, – тихо рассмеялась Рейдж, – а особенно любители травки…
– То есть наркоманы, – философски рассудила я.
И тут же из соседних зарослей мака донеслось с таким сочным грузинским акцентом, что я даже подпрыгнула:
– Вай, дэвушка, зачэм такие плохие слава гаваришь? Рейдж заинтересовано сунула голову в кусты и разочарованно вздохнула.
– Или новенький, кого я не знаю, или уже в хлам обкуренный старенький, что у него образы глючат, – подытожила она, выныривая из жизнерадостной зелени. Посмотрела на моё личико и снова рассмеялась, – Он, к тому же любитель старины, так что, Хельга, не удивляйся его странной речи.
– А у тебя тут такие обширные знакомства? – я усомнилась в её словах.
– Не то что бы знакомства, но я сюда в поисках Ларка так часто заглядываю, что уже всех здешних укурков в лицо, вернее, в образ знаю, – ликвидатор деловито огляделась, отмечая опытным взглядом места, откуда валит дым с приторным запахом. Поленившись обходить все источники вони, коих набралось около двадцати, она рявкнула во всю мощь своих лёгких: – Граждане наркоты! Я ищу вашего товарища Ларка! Кто его видел в последнее время в очередь за пинками и пряниками становись!
Я поморщилась от командных интонаций Рейдж. Впрочем, ей виднее, как с местными обращаться. Из травы показалась взъерошенная голова большеглазого паренька, тоже отдалённо напоминающего поклонника японского творчества. Он с возмущенным сопением сфокусировал мутноватый взгляд на нарушительнице кайфа и недовольно буркнул:
– А, это снова ты… Ларка две недели здесь не было.
Его хрипловатый прокуренный голос сорвался на тоненькое истеричное хихиканье. Рейдж немного приуныла и недовольно скривившись махнула мне рукой:
– Не будем портить ребятам пребывание в удивительных мирах, населённых стрекособачками и кошкотараканами. Всё равно больше ничего внятного они нам не скажут. И так уже большое достижение, что мне ответили сразу, не дожидаясь пока возьму дело в свои руки и не начну отбиратьу них самокрутки.
– Наверное, потому сразу и ответили, что не хотели с ними расставаться, – посочувствовала я несчастным, рискнувшим вызвать неудовольствие ликвидатора. – А им здоровья своего не жалко?
– А чего жалеть? – удивилась девушка, лавируя между скрытыми в траве телами. У меня так не получалось и я пару раз наступала на что-то мягкое и ещё раза три спотыкалась об чьи-то ноги. И хозяева травмируемых конечностей не возражали. – Это же Сеть. Здесь всё не настоящее. Даже глюки от травки. Курение здесь никак не отражается на здоровье.
– Прогрессивно.
– Да не сказала бы. Ролевики подвергают себя большой опасности: смерть здесь – это смерть разума, а смерть разума – это физическая смерть. Так наши убийцы работают. Киллер, которому мы память стёрли, – пережиток криминального прошлого. – Тут Рейдж приуныла, вспомнив, что и она сама недавно убила челоека.
Я кивнула. Довольно тяжело смириться с мыслью, что твоя подруга убийца, пусть и невольная. Особенно, когда у тебя врождённый дар целительства. Только вот друзей мы выбираем не по достоинствам или по недостаткам.
– Ты знаешь, где ещё можно отыскать твоего Ларка? – пропыхтела я, вслед за Рейдж продираясь сквозь колючие кустарники, окружающие луг курильщиков. Точнее, продиралась, оставляя на колючках лоскутки одежды, я, а подруга спокойно прошла сквозь кусты, как сквозь иллюзию.
– Глупый вопрос, – усмехнулась девушка. – Конечно же знаю! Я же не первый раз так его ищу. Да и не мой он.
Я встала рядом с любующейся птичками девушкой и принялась отдирать от одежды репей. Ну, а он откуда в тех кустах взялся? Хотя не удивлюсь, даже обнаружив там тайную заначку конопли. Убедившись в моём присутствии, Рейдж уверенно повела меня по одной ей ведомой тропинке. Спустя пару минут пейзаж изменился столь кардинально, что я от неожиданности споткнулась и еле удержалась от изумлённого вскрика.
Мы стояли на снежно-белой равнине, только вокруг был не снег, а мелкий хрустящий под ногами песок, в тени приобретающий голубоватый оттенок. Впереди возвышалось каменное плато из серо-серебряного камня. А на нём…
Стоял великолепный белокаменный город, рождающий ассоциации с Киевом времён Ярослава Мудрого. Тонкие шпили колоколен, золотые купола храмов, величественные постройки – они словно испускали нежный свет, делая город похожим на мечту о временах великих князей. А позади этой воплощённой доброй сказки чёрной громадой возвышался неприступный замок, зловеще поблёскивая тускло-жёлтыми окнами-бойницами. Возникало странное впечатление, будто чёрный замок всего лишь страшная и бесформенная тень белокаменного города, в то же время гораздо более реальная.
Над цитаделями сизой воронкой закручивались тучи, над равниной переходя в редкие полупрозрачные облака на нежно-сиреневом небе.
– Так, жди меня здесь, – самоуверенно приказала мне Рейдж, направляясь к незаметной дороге ведущей наверх. Я понаблюдала некоторое время, как она спотыкается на незаметных камнях. Правда, ей это быстро надоело, и она начала медленно подниматься по воздуху, как по лестнице. Приглядевшись, я увидела прозрачные стеклянные ступеньки, которых раньше там не было. Да, много значит опыт в Сети…
Когда Рейдж исчезла из виду, я заскучала. Немного побродила по равнине, не отходя далеко от плато с замками, и внимательно изучила здешний песок. Он был просто изумителен с химико-биологической точки зрения. Такой мелкий, что отдельные песчинки не удавалось рассмотреть, он был очень мягким. Я закрыла глаза, пересыпая в ладонях песок и смакуя ощущения. Чем-то всё-таки он напоминал муку. Всё дело в том, что у песчинок не было острых царапающих граней. Ещё немного с ним поэкспериментировав, я обнаружила, что цвет песок меняет не только в тени, а его палитра включает в себя цвета от снежного до сине-сиреневого разных оттенков. Даже жаль, что такая красота всего лишь иллюзия Сети.
Через полчаса мне стало невыносимо скучно. Рейдж не было, ничего интересного не происходило, я уже облазила почти всю равнину. Где-то метрах в пятистах стояла то ли прозрачная стена, то ли там просто заканчивалась данная реальность, не выпуская меня одну. Немного подустав, я опустилась на землю и закрыла глаза, мечтая о том как вернусь домой и с какой радостью услышу от Элис всё, что она обо мне думает. Лишь бы с этой заразой всё было в порядке… А то если мне так на приключения везёт, то как крутится в этом времени она, не привыкшая подстраиваться к миру со своим эгоцентризмом?
Я сама не заметила, как задремала. И снилось мне что-то лёгкое и радостное, такое светлое, что после пробуждения оставляет после себя лишь хорошее настроение. Только вот пробуждение было далеко не таким светлым и радостным.
– О! Смотри-ка, действительно рыжая! – раздался над ухом радостный вопль. От неожиданности и немножечко испуга я подскочила на месте и начала судорожно озираться.
– Да она ещё и зеленоглазая! – подхватил ещё один голос. Я наконец протёрла глаза и смогла лицезреть своих «будильников». Два парня с откровенно эльфийскими чертами лица, то есть невообразимо прекрасные, сидели рядом со мной на корточках. Я сначала с плохо скрываемым восхищением их рассматривала, а потом напомнила себе «Это же Сеть!». Наверняка под очаровательными масками скрываются прыщавые подростки с неприметной внешностью.