Возможно, всё бы и свелось в конце концов к долгим и муторным переговорам, торгам, уступкам со стороны Лондона, но немцы отнюдь не собирались останавливаться и ждать! Три дивизии, две горноегерские и одна пехотная, переброшенные с такими приключениями в Нарвик, оказались в стратегическом тупике. Противник интернировался в Швеции, сухого пути на юг не было. Да и зачем? Немецко-норвежские силы вполне успешно справлялись с вышвыриванием со Скандинавского полуострова «англо-французских оккупантов», которые только и думали о том, чтоб побыстрее смыться. Эвакуация шла полным ходом. Из Бергена и Ставангера — кораблями в ночное время. А из Тронхейма и вовсе самолётами и подлодками. Личный состав вывозился, а вот тяжёлое вооружение приходилось бросать.
Для сил Кригсмарине, обосновавшихся в Нарвике, ситуация бездействия также становилась бессмысленной. Получив два конвоя с топливом и боеприпасами, они, во многом, восстановили свои ударные силы и просто обязаны были их как-то применить. Понимали это и англичане. Первой их превентивной мерой стал захват датских Фарерских островов с целью устройства на них аэродромов. А спустя три дня, второго мая 1940 года, первые английские подразделения высадились в Рейкъявике. При этом, желая оказать политическое давление на неуступчивых французов, Лондон стал выводить войска с континента под предлогом необходимости обороны Исландии. Фактически же на остров отправлялись войска из Метрополии и тут же замещались «континентальными». Париж был вынужден заменить ушедшие к портам войска союзников «в первой линии», использовав на это весь свой стратегический резерв из восьми дивизий.
Четвёртого мая, дождавшись благоприятной погоды, главные силы флота Третьего рейха, ведя с собой десантный конвой, покинули Нарвик и взяли курс к берегам Исландии. Помешать им, в условиях господства в воздухе палубной авиации, британцы могли лишь силами подводных лодок. Но увы, они добились только того, что потрепали транспорты, ослабив десантные силы. Не нанеся, однако, таких потерь, которые бы заставили немцев вовсе отказаться от операции. Шестого числа дивизии вермахта, при активной поддержке с воздуха, начали высадку на остров. Англичане же оборудовать аэродромы не успели и вынуждены были терпеть налёты.
Впрочем, после того, как пехота закрепилась на берегу, Кригсмарине снизили активность в воздухе до минимума, сберегая боезапас и топливо на случай подхода флотов Антанты. На суше силы противников оказались примерно равными — две полнокровные британские пехотные дивизии против трёх потрёпанных немецких, две из которых были горными. Нельзя было сказать, что немцы в боях за Исландию имели над англичанами какое-то решительное преимущество в отношении искусства ведения войны на суше. Да, имея в наличии горных стрелков, силы вермахта действовали свободнее, предпринимая охваты по труднопроходимой местности, но и этот фактор сошёл на нет, когда британцы перешли к жёсткой позиционной обороне в районе Рейкъявика, уперев оба своих фланга в море. В дальнейшем судьбу сражения решило снабжение. Немцы регулярно подводили всё новые и новые транспортные суда с продовольствием и боеприпасами. Их противники же были вынуждены довольствоваться лишь тем, что могли доставить всплывавшие по ночам подводные лодки. К концу мая последние очаги сопротивления британцев были подавлены и первая битва за Исландию завершилась.
Тем временем на континенте, бельгийский король, прежде занимавший нейтральную, но более благожелательную Антанте позицию, решил поиграть в миротворца. Да, Бельгия маленькая страна, через которую европейская война могла ходить из стороны в сторону, сея разрушения и смерть. Тут важно, если тебя всё-таки втянут, оказаться на стороне победителя, чтобы после окончания боёв возместить за счёт проигравших все потери. Прежде, до разгрома Ройял Неви, предпочтения короля однозначно были на стороне Антанты, сейчас же, застряв между двух огней, он мечтал лишь о том, чтобы конфликт как можно быстрее разрешился тем или иным образом. А с уходом английского эскпедиционного корпуса к портам Ла-Манша желание это и вовсе стало вызывать зуд.