Адмирал Ямамото отнёсся к раскрытию своего положения философски и не стал радикально менять своих планов. Он их лишь немного откорректировал. После дозаправки армада разделилась. Боевые корабли, увеличив скорость, пошли прежним курсом, а «обоз», под защитой «Тоне», «Тикума» и дивизии эсминцев, отвернул на юг. Палубная авиация, тем временем, патрулируя в воздухе и не давая ушлой подлодке всплыть для подзарядки аккумуляторов, «обрубила хвост». Главные силы, приблизившись к Галапагосам на 700 миль и не входя внутрь радиуса американской авиаразведки, в 22 часа 24-го декабря также отвернули на юг, чтобы ввести американцев в заблуждение относительно времени и направления атаки. Если уж им известно, что в этих водах присутствует крупное соединение Объединённого флота, так пусть напрягутся, измотают своих лётчиков усиленными патрулями в воздухе, а адмирал Ямамото нанесёт удар сутками позже. До 15 часов 25-го числа он шёл незамеченным по дуге, сместившись южнее на 300 миль, после чего резко повернул на восток и полным 25-узловым ходом устремился к рубежу запуска палубной авиации.
Японские авианосцы стали поднимать свои самолёты приблизительно за три с половиной часа до восхода солнца, в 02–45 26-го декабря. До Бальтры было 400 миль, или два часа лёта. С учётом потери времени на построение, атака планировалась перед самым рассветом. Поскольку сформировать в темноте единый строй, даже с использованием радаров, крайне сложно, то Гэнда отправлял свои силы к цели пачками, поэскадрильно. Каждый из авианосцев, рассредоточенных в строю фронта на безопасном расстоянии друг от друга против ветра, выпускали в быстром темпе по 18 самолётов. Лидер шёл по прямой, пока к нему не пристраивались ведомые, после чего эскадрилья совершала согласованный маневр, обходя на безопасном расстоянии и высоте зону взлёта, ложась на курс к цели. Первыми шли более тихоходные торпедоносцы, нагруженные, в этот раз, тремя 250-кг бомбами каждый, затем пикировщики и, последними, истребители, также с четвертьтонными фугасками. Дольше всех с подъёмом авиации провозились «Ямато» и «Мусаси», несшие по восемь «стандартных» 18-самолётных эскадрилий против четырёх на других авианосцах, хоть они отправили к Бальтре только по шесть из них, оставив четыре эскадрильи «Рейсенов» для самообороны Объединённого флота. Зато на крупнейших в мире плавучих аэродромах пикировщики были представлены более быстроходными D4Y, поэтому успевали подтянуться на маршруте. Таким образом, непосредственно в деле участвовали 648 самолётов, несших 864 250-килограммовые бомбы.
На подходе к цели, за 140 миль, воздушная армада ушла на малые высоты, ниже пятисот метров, дабы скрыться от раннего обнаружения радарами янки, наличие коих было установлено заранее подлодками и советскими «торговцами», слушавшими эфир проходя мимо Галапагос. Конечно, самураев всё равно бы заметили, но важно было дать янки как можно меньше времени на реакцию. Набирать высоту японцы стали миль за десять, когда уже не оставалось сомнений, что их давно «ведут». Вопреки ожиданиям, в воздухе противника не оказалось, чему нашлось объяснение уже в ближайшем времени, когда катапультные разведчики-осветители подвесили над Бальтрой свои «люстры».
Авиабаза оказалась буквально забита самолётами! Все подходы к ВПП были заставлены четырёхмоторными Б-17, двухмоторными Б-25 и Б-26 так, что стоящие дальше истребители просто не смогли протащить на старт! На такую прорву тяжёлых машин не нашлось укрытий, да и просто достаточно свободного места! Видимо, предупреждённые сообщением с ПЛ американцы, решили повторить удачный опыт с массированным ударом по немецкому флоту, использовав, вдобавок, фактор неожиданности. Сосредоточив на передовом аэродроме максимально возможные силы, ударить по Ямамото ещё на дальних подступах, минимизировав, таким образом, риск для Панамского канала. Если бы стороны действовали «как принято», то, обнаружив летающими лодками на рассвете японский флот с воздуха, американцы, находящиеся восточнее, заведомо имели бы фору светлого времени и успевали поднять свою армаду в воздух, но ночной удар поставил всё с ног на голову. Когда бомбы упали на ВПП, по ней как раз начинал разгоняться первый Б-17, тут же превратившийся в костёр и заблокировавший взлёт других самолётов. Спустя несколько минут в подсветке не было уже никакой необходимости, поскольку на земле открылся филиал ада. Заправленные под завязку, нагруженные торпедами, американские самолёты горели и взрывались, разлив море пламени, над которым бушевал огненный шторм. Истребители, стоящие поодаль от эпицентра, просто забрасывались в костёр ветром ураганной силы, выметавшим всё с плоского, как стол, островка. Столкнувшись с таким явлением впервые, японцы понесли неоправданные потери, поскольку их самолёты на малой высоте, пролетавшие вблизи воронки, также стало затягивать в неё, а звено пикировщиков, попав во внезапно метнувшийся в сторону огненный хвост, мгновенно превратились в болиды, даже не сумев упасть на землю. Сгорели подчистую.