— Это очень серьёзное приглашение! — заявил хранитель острова. — Теперь путь на Авалон для вас всегда открыт и даже леди Моргана не сможет закрыть его.
— Леди моргана — хозяйка Авалона? — спросила Ильмера.
— Трудно сказать, насколько она именно хозяйка, — уклончиво ответил сэр Ланселот, — но власть её здесь огромна. К тому же она — директор местной школы.
Среди яблонь, кроме могилы короля Артура, нашлись ещё несколько достопримечательностей. Прежде всего кузница, где был выкован, вернее отлит, легендарный Экскалибур. Правильнее сказать, что это была не кузница, а остатки древней медеплавильной мастерской. Площадка где-то три на три метра огорожена каменными столбами, поддерживающими массивную каменную же плиту. Под ней разместились остатки горна с горящими ещё углями и половина каменной формы, в которой лежал меч чёрной бронзы, похожий на греческий ксифос — одноручный, обоюдоострый, с лезвием чуть короче метра, чей клинок слегка сужается к середине и возвращается к изначальной ширине у рукояти. Ваня подумал, что по форме он напоминает знаменитый Тёрн из фильма «Властелин колец».
— Экскалибур? — тихо спросил Ваня.
— Да, — ответил сэр Ланселот. — На памяти людей, под эту крышу входил только Артур, когда извлёк этот меч из его ложа. Леди Моргана, когда он погиб, вернула меч на место, но она не входила сюда, остановилась на границе и поднесла Экскалибур на протянутых руках. Меч поднялся в воздух и вернулся на своё место. Она говорит, что пламя в этом горне ещё можно раздуть, но делать это следует только в случае крайней необходимости, ибо последствия будут ужасны. Но что это должна быть за необходимость и какие ждать последствия — мне неведомо.
А в самом центре острова находилась платформа чуть выше двух метров высотой и несколько сот метров в поперечнике, сложенная из базальтовых глыб. Сложена она была знаменитой полигональной кладкой, когда камни вытесаны так, что удерживаются вместе благодаря своей форме, зазоры между ними тоньше листа бумаги и в кладке нет двух одинаковых камней. Вокруг платформы вилась натоптанная дорожка, а со стороны самой платформы словно доносилась отдалённая музыка. На самой грани слышимости. Ланселот предупредил, что здесь сходить с дорожки нельзя.
Вскоре дорожка подошла к насыпи, сваленной, совершенно очевидно, другими строителями и в другую эпоху. Насыпь наваливалась на древнюю каменную платформу и возвышалась над ней своей плоской вершиной чуть больше метра. На вершину этой насыпи вела вполне современная удобная лестница, сваренная из металла, а на самой «смотровой площадке» стояло такое же металлическое, покрашенное современной масляной краской ограждение.
— Что это? — спросила Ильмера.
— Никто не знает. Эти платформа и насыпь были здесь уже тогда, когда когда его величество Артур Педрагон прибыл сюда за мечом. Леди Моргана говорит, что эта платформа и есть истинный Авалон, а всё остальное — только его аура.
Они поднялись наверх и взору путешественников открылась ровная, сложенная той же полигональной кладкой поверхность, на которой располагались многочисленные каменные ящики-дольмены, окружённые кольцами из стоящих каменных столпов. Над поверхностью платформы клубилось марево, как в жаркий летний день и чем дальше от наблюдателей, тем сильнее становилось это марево, в котором стоящие на платформе… могилы?… корчились и ломались, а уже середина платформы полностью в нём терялась.
— Сколько тут могил сосчитать так и не удалось, — тихо сказал хранитель острова, — а те, кто пытался подойти к этим могилам быстро терялись и пропадали. Леди моргана говорит, что если не заходить за ограждения, то тут вполне безопасно, но я предпочитаю не оставаться тут надолго.
Спорить с ним никто не стал.
Глава 11
Еще одна легендарная личность
Моргана появилась на следующее утро и присоединилась к компании за завтраком. И хотя она была безупречно вежлива, ни словом, ни взглядом не торопила собравшихся, благодаря её присутствию завтрак завершился очень и очень быстро, и она сразу увела гостей в библиотеку, где первыми её словами были:
— Вижу, благодаря общению с сэром Ланселотом, вы существенно улучшили своё знание языка, но всё равно, мой русский намного лучше чем ваш английский.
Сказано это было на прекрасном русском, без каких либо следов акцента. С улыбкой оглядев обалдевшие лица гостей, она добавила: