— Тут вот какая подстава, мелкий, — сказал как-то Кузнец, — Нормальный матёрый дракон может выдать нагора где-то одну десятую от той мощности, что ты уже сейчас выдохнешь без напряга, но он, зараза, собирает своё пламя в шар, которым плюётся километра на два только так, да ещё очень точно. А мы выдыхаем пламя струёй. Её, конечно можно сжимать, фокусировать, но всё равно, метров через двести она рассеется. Там, где она рассеется, будет, конечно, очень жарко и хвост ты любому дракону подпалишь, но ты сначала к нему подберись! Ну и, конечно, шкура у нас крепче. Их шарик тебя даже не прогреет, а ты своим выдохом его можешь и поджарить. Но ударная волна, когда этот шарик лопается, штука неприятная. Вот и получается, что наша фишка — ближний бой. Вертеться, как глист на сковородке, уворачиваться от их плевков и подбираться на расстояние отрыжки. Если прорвался — считай ты любого дракона сделал. Да и не только дракона. И дракона, и на земле любого, да даже и летучий корабль.
Ваня выслушал это внимательно и выдал идею, над которой думал со времени боя с засадой контрордена на лесной дороге:
— Но ведь можно собрать энергию выдоха в шар и потом бросить этот шар.
— Вперёд! — ответил Кузнец, указывая на обрыв примерно в полукилометре от них. — Вот тебе скала, бей ближе к центру. Только без зверств! Сможешь достать туда маленькой искоркой — чем угодно достанешь.
Ваня без слов сосредоточился, принялся осторожно, тонкой струйкой выдыхать своё прозрачное бесцветное пламя, усилием воли собирая его в шар. Когда шарик был готов, он резким выдохом и усилием воли послал эту конструкцию вперёд.
Бах!
Юный Горыныч обнаружил себя сидящим на земле, метрах в двух от своей первоначальной позиции. А в глазах плавали огненные круги и сполохи от близкой вспышки. Ильмера тут же бросилась его лечить.
— Ещё! — скомандовал Кузнец.
Ваня поднялся и вышел на исходную…
Так, после нескольких взрывов, у него получилось послать более-менее крепкий огненный шарик, который лопнул, пролетев всего метров сто, причём летел он совсем куда-то вбок.
— Короче! — старший Горыныч подвёл итог этих страданий, — Идея в целом рабочая… — он повернул голову в сторону указанной им самим скалы, округлил губы, словно собирался пустить дымное колечко, и коротко выдохнул. Точно посредине каменной стены рвануло, причём неслабо, — … но нуждается в тщательной отработке. А потому, пока эту технику не освоишь до автоматизма, в реальной драке про эту штучку забудь, учись пользоваться тем, что у тебя есть.
Ещё вдруг, неожиданно, выяснилось, что Ваня может не только сам летать, но и таскать приличный груз, что лишний раз напомнило: летают Горынычи (как, впрочем, и драконы, и виверны) не столько силою мышц, сколько силою своей внутренней магии. Кузнец заставил его хотя бы попробовать себя в роли тяжеловоза. «Чтоб знать свои пределы, — прокомментировал он, — да и девки твои на тебе ещё поездят, помяни моё слово!» Последнее пророчество сбылось довольно быстро: узнав, что Ваня, пусть и не легко, но уверенно тащит свой собственный вес, Ильмера стала бросать на него такие грустные и полные ожидания взгляды, что он сам предложил её покатать.
Когда Ваня с девушкой на загривке спрыгнул с обрыва, она визжала от страха, потом, когда наворачивал восьмёрки ближе к оси долины — визжала от восторга, а когда они вернулись на площадку, с которой стартовали, бодро соскочила на землю и радостно поцеловала Ваню в чешуйчатый нос, не дожидаясь, пока он перекинется в человека.
В общем, к концу третьей недели учения у старшего из змеев Горынычей, начинающий змей Горыныч был признан годным к тому, чтобы отправиться в дальнейший путь. В последний вечер у гостеприимного Кузнеца, Ваня внимательно выслушивал инструкции и рекомендации насчёт летучего корабля и маршрута до верфи, а женщины готовили припас в дорогу: было решено, что возьмут они с собой припаса на пять дней, а остальные шмотки подхватят на обратном пути.
И вот, рано поутру, все собрались на стартовой площадке. Кузнец поднял руку ладонью вперёд и перед ней загорелся небольшой диск, испещрённый какими-то знаками.
— Вот тебе три ключа. На каждый ключ можешь сделать себе один летучий корабль, по полной из того, что может выдать эта верфь. Думай хорошо, не трать зря.
— Да, родоначальник! — торжественно ответил Ваня, перенимая ключи.
Дальше он перекинулся, его навьючили рюкзаком, Ильмера тоже перекинулась и заползла в специально пришитый для неё к рюкзаку кармашек. Ваня прыгнул со скалы. Не мудрствуя лукаво, он нашёл небольшое облачко, в его восходящем потоке забрался повыше и уже оказавшись выше вершин Первого хребта двинулся вдоль долины. С этой высоты он прекрасно видел цель своего полёта.