Ну прямо как мой Ильич!
А это значит, за туманом живут хищники.
Можно было бы не бояться рядом с таким мужчиной, он сам волк, но этот холод пронзительный, который исходил от тумана, наводил на меня животный страх.
Поэтому я не буду рожать детей своему мужу в этом месте. И секса он теперь не получит, пока не пойдёт на попятную.
И каждый день я буду намекать, что хочу уехать отсюда. Жить рядом с такой аномалией, за которой ходят лютые звери, никаких нервов не хватит. Они же однажды выйдут. А тут мы, со своими коровами и беззащитными женщинами.
Мурашки по коже.
Для начала заправила нашу постель.
В этих домах не было шкафов. Да я и не просила, каждый день хотела уехать, обустраиваться желания не было. И мне хватало сундуков. В одном из них я взяла расчёску и подошла к старому зеркалу. Каштановые кудри по плечи отрезала. Не захотела носить длинные волосы, с ними мороки много. Нил сильно переживал из-за этого, сказал, что ему нравится грива, он у меня Смотрящий за табуном, хотелось мужчине лошадку.
Локоны собрала в хвост на макушке. На кобылу я не тянула, так, если только на маленькую пони.
Поверх платья и широких шаровар надела сарафан, и в принципе готова к новому дню. Быт у нас небогатый и скромный, жили, можно сказать, бедно. Я уже перестала носить драгоценности. В чём себе не изменяла, так это в сабо на каблуке. Но в карманы своих широких шаровар положила надёжные, лёгкие сандалии. Это тоже привычка с тех самых пор, когда я оборачивалась.
Хотя все мои девчонки ходили босиком, их белые ножки стучали по полу, они поднимались по лестнице.
Вскоре открылась дверь в спальню и вошла кареглазая брюнетка, худенькая со смуглой кожей. Под простым хлопковым платьем выделялся круглый животик. Это я мужу не собиралась никого рожать, а у моей внучки и любимого зятя Мишеньки скоро родится ребёночек. Сын. Ждём продолжение рода. Рядом с моей Маврой Георгиевной встала названая моя дочь Евгения.
Евгения невероятной красоты волчица, с большими чуть раскосами медовыми глазами и шикарными тёмными волосами, идеальной фигурой и приятным запахом для волков. А так как девчонок было достаточно мало, а мужиков гораздо больше, повадилась у нас Евгения играть в волчьи игры с другими самцами, при этом имела своего истинного. Макси Волколака, который при мне попросил Женю не целоваться и не заигрывать с другими самцами. При мне Женя обещала, что не будет.
Теперь стояла в моей спальне с лицом опухшим наполовину. Похоже муж припечатал.
О Максиме Волколаке я могу сказать следующее: вывести его нужно постараться.
Вот просто долго и упорно стараться, чтобы он ударил женщину. На мою дочь Прасковью, с которой он прожил много лет, ни разу не поднял руку. А Женя усердно просила.
— Алёна, — плакала Мавра. — Ну почему он такой жестокий?
Вообще Жене должно было быть стыдно за то, что она расстроила беременную Мавочку. Наивная девочка Мава думала, что раз Макси Волколак такой большой и внешне страшный, то и грубый. Хотя в человеческом обличии он достаточно приятный мужчина, но волк у него гигантский, Макси Волколак почти вернул себе былую силу. Боец он шикарный. В нём полностью отсутствует колдовство, но при этом, колдовство же его и не берёт. Так что с Макси Волколаком только в рукопашную, а соперник он серьёзный.
У него такие мышцы, что у человека, что у волка, лучше с ним не связываться… И не бесить. Но кто-то умудрился.
Максим Владимирович уравновешенный, сдержанный, способный полностью руководить своим волком. Милосердный. И добродушный, что касалось детей.
Максим вряд ли бы стал из садистских наклонностей бить свою юную супругу.
Я неодобрительно покачала головой, отвернулась от девушек, чтобы они не видели как светятся мои глаза.
«Увидеть» что произошло, оказалось проще простого. Женя перешла все границы и чуть было не насела на волка по имени Семён. Была застукана мужем и получила по морде, а Семён…
— Блядь, — вырвалось у меня. — Он убил его? — спросила я, повернувшись обратно к девушкам.
Женя побледнела сильно, опустила глаза.
Ну что я могу сказать о Макси Волколаке, женщину конечно может вот так припечатать, а мужика, который посмел трогать его жену, мы скорее всего не увидим.
— Женя, скажи мне, что тебе не понравилось в муже? — строго спросила я у девушки.
Называла её дочерью. Я пыталась вложиться в неё, но она упорно не желала жить по волчьим законам. И я даже говорила Нилу, что может ошиблись мы, и нужно было оставить её котолаком или хотя бы оленем. Но больше всего Жене бы повезло, если б мы её сделали зайцем. Ей было крайне сложно держать истинную пару, и ничего с этим поделать мы не могли. Чем дольше мы здесь проживали, тем развязней вела себя Евгения. И это не последняя жертва. А у нас каждый волк на счету. Кто работать будет? Кто будет кормить и защищать клан?