Продемонстрировав свое полное тотальное превосходство, медведь немного успокоился и опустился на четыре лапы. А я медленно пятясь задом, не отводя глаз от зверя, и шепотом приговаривая: «Мишинька, тихо, тихо, не нервничай», добрался до своего карбаса.
Вспомнив эту поучительную историю, я решил действовать проверенным способом, хорошо ранее себя зарекомендовавшим.
Медленно пятясь назад и изобразив на лице самое доброжелательное выражение, тихонько приговаривал: «Котик, мы с тобой одной крови…»
В отличии от того же Лохматого, который в сходной ситуации попытался бы ткнуть смилодона копьем в бок, мне подобная дурацкая мысль даже в голову не пришла. Я человек по своей природе сугубо мирный. К тому же копье я засунул за спину под котомку навроде того как самые прошаренные японские мечники вешают свои катаны.
Для чего к древку петельку привязал и прицепил всю эту конструкцию к лямке котомки. Это чтобы мне копье не мешало камешки вверх подбрасывать и в магии тренироваться. Мысль о том что по непролазному лесу, еще и в одиночестве, шляться может быть не слишком безопасно, до встречи с саблезубой кошкой даже не приходила мне в голову. Что значит вбитая в голову с детства мысль, о том, что человек царь природы. Жаль что моего визави с этой мыслью в детстве его мама не познакомила.
Уж не знаю, что смилодону пришлось не по душе. То ли он плохой физиономист и мое дружеское и участливое выражение лица принял за враждебную гримасу, то ли он обиделся на то, что я назвал его котиком. Возможно, что с его точки зрения это прозвучало слишком интимно и несвоевременно. А может быть мне не стоило ссылаться на общность крови. Чисто с генетической точки зрения заявление весьма сомнительное, а кроме того вызывает многочисленные ассоциации гастрономического толка.
В любом случае издав зловещий глухой рык смилодон бросился к мне с явно агрессивными намерениями. Первая мысль которая пришла после этого мне в голову: «немедленно написать опровержение в National Geographic». По поводу того, что смилодоны медлительные. Поскольку в скорость приближающийся ко мне хищник ничуть не уступал приснопамятному медведю.
Вторая мысль была не слишком структурирована, этакого панического толка, содержательная часть которой сводилась к Аномальной энтропии: «Помоги». Причем эта мысль была густо удобрена сомнениями, касательно эффективности Аномальной энтропии в данном конкретном случае. Все-таки давно, считай три месяца как, она о себе не давала знать. И нельзя сказать, что за это время я не давал повода для запуска нужного эффекта. Да меня та же Любава однажды в порыве страсти так колесом изогнула, что я едва выжил. А аномальная энтропия молчок. Все-таки не стоило девушке на пальцах объяснять отдельные элементы Камасутры без доступа к первоисточнику. Немудрено что-нибудь и напутать.
После этого, на протяжении сравнительно продолжительного времени, мыслей в голове больше не было. Были сплошные действия. Я одним движением руки сорвал с себя котомку, которую швырнул в морду стремительно приближающегося хищника. Котомку смилодон отшвырнул буквально налету, одним ударом лапы. Зато копье привязанное к котомке и болтающееся на веревке как нанизанные на веревку консервные банки, привязанные к хвосту собаки из жизнеописания Тома Сойера, от этого удара совершило странный кульбит и стукнуло древком по носу смиладону. Чем на секунду прервал его наступательный порыв.
Осознав, что в этом поединке ума и силы все преимущества находятся на стороне силы, я тем не менее с гордостью отметил, что первым открыл счет в матче. Пусть и за счет потери единственного удобоваримого оружия. Решив не останавливаться на достигнутом. С криком: «Ах ты кошак драный!» сделал шаг вперед и швырнул в саблезубого тигра горстью гальки, которую до сих пор судорожно сжимал в кулаке.
На этом все и успокоилось Туша смилодона мирно лежала на траве, прошитая насквозь десятком мелких камешков, которые сначала со свистом насквозь пробили животину, а затем исчезли где-то далеко в лесу за той стороной поляны, по ходу движения оставляя за собой хаос из обломков деревьев, веток и листьев. Где заканчивалась эта просека мне увидеть не удалось. Да и не очень хотелось. Я валялся на той же поляне в двух шагах от своего противника, причем моя собственная жизнедеятельность мало отличалась от таковой у дохлого смилодона.
Непонятно откуда, но я твердо знал, что запущенные мною камни это самая настоящая магия, которую я только что исполнил. Чем и совершил невероятную по своим размерам глупость. Поскольку до донышка опустошил энергетический резерв от которого питалась моя личная Аномальная энтропия, обеспечивающая мне защиту от всех негоразд этого мира. Теперь на Аномальную энтропию в ближайшие два-три месяца рассчитывать не приходится. Как впрочем и на телекинез. Который является атакующим магическим скиллом, в отличии от Аномальной энтропии, относящейся к классу легендарных защитных. И питаются оба эти умения из одного и того же источника, который я только что высосал до дна. Вот только разница между телекинезом и Аномальной энтропией заключается в том, что коэффициенте полезного действия последней чуть ли не в тысячи раз выше. Для Аномальной энтропии мое спасение от смилодона не потребовало бы и сотой доли резерва энергетического источника. Так что напрасно я поторопился и не дождался, когда лапа хищника провалится в кротовую нору или произойдет нечто похожее. Дело в том что Аномальная энтропия почти не расходует энергию, поскольку она просто меняет вероятности тех или иных событий. Больше никакого телекинеза. Стану практиковаться в ментальной магии. Она тоже энерго мало затратна. Это конечно ежели выживу. Или хотя бы смогу хотя бы подняться на ноги в ближайшие пару часов. Поскольку практическое применение телекинеза лишило меня не только магического резерва, но и полностью исчерпало физические силы. Надеюсь, что в ближайшее время на поляне никто не покажется. Я в таком состоянии и от зайца отбиться не смогу. Черт. Кажется сглазил. Трава на противоположном конце поляны зашевелилась и оттуда показалась мордашка еще одного смилодона. Только размером поменьше. Гораздо поменьше. Напрасно я обозвал своего противника: «кошак драный». Надо было сказать: «Драная кошка». Котенок подошел к своей мертвой матери принюхался, потом фыркнул и поковылял в мою сторону. После чего приблизившись почти вплотную к моему лицу и навроде кобеля, метящего свою территорию, приподнял заднюю лапу. Мать твою! Меня кошка обоссала!!!