– Нет.
– Из чрева земли?
– Нет, я звоню тебе с улицы.
– Что?
– Да-да, я стою на пожарной лестнице и звоню тебе по своему новому мобильному телефону.
– Круто! – восхитилась подруга. – Только… Разве ты можешь позволить себе мобильник на те гроши, которые платят в «Вендиз»?
– Ах, Белла, здесь так много всего произошло! Ты мне не поверишь!..
К тому моменту, когда Бетти закончила свою повесть (начинавшуюся произнесенной небрежным тоном фразой: «Буквально на днях я разговорилась в одной местной забегаловке с самим Домом Джонсом…» и заканчивающуюся триумфальным: «…И завтра я поведу его детей в «Домик Белоснежки»!»), экран мобильника показывал больше тридцати минут разговора, оплачивать который предстояло Эйми Метц.
– Черт!.. – сказала Бетти. – Извини, но мне пора закругляться. Этот звонок обойдется мне фунтов в сто, не меньше!..
Что ответила Белла, она не услышала, потому что из окна дома напротив послышался громкий кашель. Бетти подняла голову и едва не подскочила от неожиданности, увидев Дома, который сидел на подоконнике и курил, с улыбкой наблюдая за ней.
– Говори-говори!.. – крикнул он ей, поднеся сложенные рупором ладони ко рту. – Я все оплачу́!
– А-а, это ты!.. – крикнула она в ответ. – И давно ты там сидишь?
– Давно.
– Но ведь я не сказала ничего, что запрещено договором!
– Так и быть, поверю, – поддразнил ее Дом и, выбросив окурок, засунул руки в карманы джинсов.
– С кем ты там разговариваешь? – спросила Белла.
– С ним!.. – прошипела Бетти. – С Домом.
– Ты разговариваешь с Домом Джонсом?! Прямо сейчас?!
– Ну да!..
– Потрясающе! А я – ты только представь! – сижу сейчас у себя на кухне, вычищаю из-под ногтей гусиное дерьмо и гадаю, не протух ли еще охотничий пирог, который я купила пять дней назад. Ты хорошо устроилась, Бет. Завидую.
– Тут нечему особо завидовать, – проговорила Бетти, но ее голосу недоставало убедительности. – Эта работа… в общем, в ней есть свои сложности.
– Че-пу-ха! И ты это прекрасно знаешь, дорогая моя Бетти.
– Ну, может быть, отчасти ты и права. – Она снова подняла голову и увидела, что Дом глядит на нее вопросительно. – Ладно, мне правда пора.
– О’кей, Бетти. Если тебя ждет сам Дом Джонс, то я, конечно, не должна тебя задерживать. Пока.
– Пока, Белл. Держись там.
Она выключила телефон и, облокотившись на ограждение, повернулась к Дому.
– Как дела?! – крикнула она.
– Башка трещит, – отозвался он. – Вчера слишком поздно лег.
– Я так и знала, что этим кончится.
– Слушай, кажется, вчера я вел себя как последняя свинья.
Бетти пожала плечами и слегка улыбнулась.
– Разве что совсем немножко.
– Слушай, не хочешь ко мне зайти? – предложил Дом. – У меня как раз цыпленок в духовке. И я совершенно трезв. – Он неуверенно улыбнулся, и Бетти почувствовала, как ее сердце тает. Сейчас Дом совершенно не напоминал того пьяного болвана, каким он был накануне вечером в «Ворчуне», да и есть ей хотелось, а жареный цыпленок по-домашнему выглядел очень соблазнительно. Ничего столь же вкусного и питательного она не ела уже месяца три.
– Хорошо, – кивнула Бетти. – Когда мне зайти?
– Сейчас, – ответил Дом. – Приходи прямо сейчас.
Когда Бетти вошла в прихожую, она сразу почувствовала дразнящий запах приготовленного по всем правилам цыпленка. А когда Дом наклонился, чтобы поцеловать ее в щеку, она заметила, что от самого Дома тоже пахнет очень приятно. Кончики его длинных волос были слегка влажными, и Бетти подумала, что он недавно принял душ. В гостиной работал телевизор – показывали сериал «Главный подозреваемый». Несмотря на то, что стояла середина лета и солнце только-только начинало клониться к закату, в комнатах было по-осеннему сумрачно из-за задернутых занавесок и наклеенной на стекло защитной пленки, и на мгновение Бетти показалось, что она попала в какую-то далекую северную страну – аскетичную и холодную. Во всяком случае, мысль о том, что за этими плотными занавесками по-прежнему царят солнечный свет, суета и шумный праздник раннего вечера в Сохо, казалась ей невероятной.
– Что будешь пить? Вино? Пиво? Бузинный сироп?
– А что есть?
– Сегодня вечером я собирался приналечь на сироп… ну, после вчерашнего, но тебя это не должно останавливать.
– Отлично. Я тоже выпью сиропа.
– Уверена?
Она кивнула. На самом деле Бетти всей душой хотелось выпить чего-нибудь покрепче, но разум твердил, что, когда завтра в шесть утра зазвонит будильник, она будет рада, что не последовала зову души.
– Слушай, – сказал Дом. – Я хотел бы перед тобой извиниться.
– За что?