Бетти пожала плечами.
– О’кей. Постараюсь зайти.
Дом улыбнулся, и Бетти вдруг почувствовала, как земля уходит у нее из-под ног. Это была искренняя и дружеская улыбка – очаровательная и бесхитростная улыбка настоящего Дома Джонса. Бетти даже захотелось крепко его обнять, но она только рассмеялась.
– Что?..
– Ничего, – ответила она. – Просто так…
Он снова улыбнулся, и Бетти улыбнулась в ответ. А пять минут спустя, после объятий, поцелуев и нескольких кусочков «волшебного» пирога, Дом уже растворился в светлых летних сумерках, чтобы где-то там, далеко, снова стать поп-звездой.
Прием Бетти разочаровал. Гости, – а в особняке их собралось огромное количество, – говорили только о школах, репетиторах, нянях и о том, сколько мишленовских звезд у того или иного ресторана в Сохо, так что, когда пробило одиннадцать, она извинилась и отправилась спать. Эйми приготовила для нее большую кладовую рядом с детскими спальнями, в которой было даже небольшое окно. Подойдя к нему, Бетти отодвинула штору, чтобы поглядеть на улицу внизу. Мостовую заливал желтый свет уличных фонарей, выдержанных в викторианском стиле, да и весь район словно купался в безмятежном жемчужном свечении, исходившем от расположенных неподалеку кварталов фешенебельного северного Лондона.
Папарацци, впрочем, были тут как тут. Словно жирные черные крысы, которых кто-то для смеха одел в жилеты с оттопыренными карманами, они заняли позиции в непосредственной близости от парадного входа и терпеливо ждали какого-нибудь чрезвычайного происшествия или скандала, о котором можно было бы во всех подробностях рассказать на передовицах завтрашних газет. На мгновение Бетти захотелось распахнуть окно и крикнуть им: «Уходите! Поищите сенсацию в другом месте, потому что более скучных типов, чем те, которые собрались здесь, я в жизни не видела!», но это было бы, пожалуй, чересчур, поэтому она переоделась в пижаму и юркнула в постель.
Она очень устала, но ей потребовалось довольно много времени, чтобы заснуть – Бетти не привыкла ночевать в чужих домах. Кроме того, мощные басы работавшей внизу музыкальной системы заставляли вибрировать каждую балку, каждый кирпич особняка, и ей казалось, что вместе с ними вибрируют и все ее внутренности. Впрочем, к полуночи усталость взяла свое, и она наконец заснула, но только для того, чтобы полтора часа спустя снова проснуться.
Поначалу она решила, что кто-то из детей заставил сработать «радиосторожа», но уже через секунду Бетти поняла, что в комнате есть еще кто-то. Резко сев на кровати, она зашарила рукой по стене, пытаясь найти выключатель.
– Тс-с! – сказал в темноте женский голос. – Это всего лишь я, Эйми.
– Что случилось? – спросила Бетти хриплым со сна голосом. – Дети?..
Эйми сделала несколько шагов по направлению к ее кровати.
– С детьми все в порядке. Я только что к ним заглядывала, они крепко спят.
– А-а-ах!.. – Бетти не сдержала зевоты, но тут же спохватилась и принялась приглаживать волосы и тереть глаза. – Это хорошо.
– Они такие миленькие, когда спят… – прошептала Эйми, осторожно присаживаясь на край ее кровати, и Бетти отодвинулась подальше к стене.
– Ну прям как ангелочки, – продолжала Эйми. – Когда я смотрела на них, мне казалось, что любить их сильнее просто невозможно! У меня чуть сердце не остановилось – такими они были красивыми, такими невинными. А ведь завтра утром, когда они проснутся, снова начнутся содом и гоморра. Тут уж хочешь не хочешь, а подумаешь, какого черта я их родила!
Она рассмеялась, но тут же вздохнула.
– Это я, конечно, не серьезно, – сказала Эйми. – Разумеется, нет. Дело в том, что… они еще такие маленькие, и я их совершенно не понимаю. Когда-нибудь, когда они станут постарше и превратятся в нормальных людей, тогда я, конечно, буду рада, что они у меня есть, но пока… – Она снова вздохнула. – Господи, я просто не знаю! Дети – это такой тяжелый труд!.. Даже несмотря на то, что у меня есть моя очаровательная Бетти.
Эйми нашарила под одеялом ее руку и, слегка сжав ей пальцы, мечтательно улыбнулась. К этому времени глаза Бетти привыкли к темноте, и она отчетливо видела, что ее работодательница здорово пьяна. Или под кайфом.
Под большим кайфом.
– Что бы я делала без тебя, моя замечательная Бетти?.. Мой муж – просто тупой член, но насчет тебя он не ошибся. Приходится отдать ему должное: он угадал правильно. Отличная догадка, Дом! – негромко воскликнула она, словно обращаясь к воображаемому мужу, потом снова повернулась к Бетти. – Спасибо, – сказала она.
Бетти неловко улыбнулась.