– Можешь не спешить, – небрежно ответила Бетти. – Мне все равно нужно выйти. Если подождешь немножко, я выйду вместе с тобой.
Джон кивнул, и Бетти бросилась разыскивать свою сумочку и солнечные очки. Через минуту они уже вышли из квартиры. Спускаясь вслед за Джоном по лестнице, Бетти внимательно разглядывала его широкие плечи и темные, чуть волнистые волосы. Они были такими густыми, – даже на макушке, – что она подумала: Джон вряд ли полысеет, даже когда станет стариком.
– Слушай, куда ты тогда подевалась? – неожиданно спросил он, не оборачиваясь.
– Когда – тогда?
– На вечеринке. Ты собиралась выйти на пожарную лестницу и найти меня. Я ждал, но ты так и не появилась.
Его голос звучал теперь немного иначе, в нем слышались любопытные нотки.
Бетти хотела ответить, но они как раз проходили мимо дверей квартиры Кэнди Ли, и она передумала.
– Я просто… – начала она. – В общем, это долгая история. Лучше я расскажу ее тебе в другой раз.
На этот раз он обернулся.
– Как насчет сегодняшнего вечера?
– Сегодняшнего вечера?..
– Да. Ты расскажешь мне свою историю, а я поставлю тебе стаканчик.
– Сегодня вечером я работаю, – ответила Бетти – ответила чересчур быстро и чересчур небрежно. – Извини, – добавила она и тут же пожалела. Такой ответ подразумевал, что она его подвела, нарушила его планы, лишила инициативы, хотя он всего лишь предложил ей вместе выпить. – То есть я хотела сказать, что… – беспомощно пробормотала Бетти, но он только отмахнулся.
– Ничего страшного. Перенесем на другой раз.
– Да. Давай перенесем… – Она глубоко вдохнула воздух. – Как начет завтра? Завтра часам к восьми я должна освободиться.
Джон покачал головой.
– Завтра вечером я занят. На вечеринке в клубе. Я буду диджеем. Собственно говоря, я диджействую почти каждый вечер, так что свободного времени у меня не слишком много.
Этими словами Джон возвращал себе инициативу, показывал ей, что он тоже занят и не собирается менять ради нее свои планы, и Бетти почувствовала легкое разочарование. Через силу улыбнувшись, она сказала:
– Ну тогда в какой-нибудь другой день…
Они вышли из подъезда. Здесь Джон опустил на глаза свои солнечные очки и неуверенно улыбнулся.
– Да, пожалуй… – проговорил он. – Разве только…
– Что?
– Нет, ничего. – Джон, казалось, снова обрел уверенность в себе. – Ничего. Еще увидимся.
– Да, – согласилась Бетти упавшим голосом. – Наверное, увидимся…
– Это ты? Слава Богу! Входи скорее! – Дом Джонс пригладил обеими руками взлохмаченные волосы и тщательно закрыл за ней входную дверь. Из кухни доносились крики: пронзительно плакал младенец, еще кто-то из детей Дома решил устроить истерику.
– Слушай, что ты сегодня делаешь?
Она открыла было рот, чтобы ответить, но он ее перебил, слегка подталкивая в сторону кухни.
– Я заплачу тебе две сотни, – сказал Дом, извлекая рыдающего младенца из детского кресла-качалки и перешагивая через распростертого на полу Донни. – Мне нужно срочно уехать… – продолжил он. – То есть я должен был уехать уже час назад, уехать на весь день, но… Когда вернусь – не знаю. Побудешь с ними, а?.. Пожалуйста!.. – Он с мольбой посмотрел на нее. – Только не отказывайся. Ты меня очень выручишь.
Бетти посмотрела на него, на Донни, на заходящуюся в плаче Астрид, на Акацию, которая, сидя на кухонном столе, уплетала переспелое манго (соком было измазано не только ее лицо, но и белая футболка с каким-то рисунком), и тяжело вздохнула. Потом она подумала о двух сотнях фунтов. Это была ее квартплата за полмесяца. Или один поход в салон красоты, где ее наконец-то нормально покрасят.
– Вообще-то, сегодня вечером я работаю, – сказала она. – Но я попробую позвонить и сказать, что плохо себя чувствую. Когда, примерно, ты вернешься?
– Понятия не имею, – отрывисто бросил Дом. – Быть может, довольно поздно…
– То есть мне придется укладывать их спать?
Он пожал плечами и покрепче прижал к себе Астрид, которая извивалась и корчилась в его руках.
– Не знаю. Возможно…
Бетти улыбнулась и кивнула.
– Ну хорошо…
– Ты просто ангел! – заявил Дом. – Мой самый настоящий ангел-спаситель. – Он бросил быстрый взгляд на часы, потом повернулся к Бетти и протянул ей рыдающую Астрид. – Я сейчас быстренько приму душ и поеду, а ты… Короче, весь дом в твоем распоряжении. И… спасибо. Честное слово, я жутко тебе благодарен. Ты – лучшая в мире. – Дом ухмыльнулся. Казалось, он уже перестал переживать и чувствовал себя как обычно.
Бетти улыбнулась в ответ.
– Всегда рада помочь.
Она дождалась, пока он выйдет из кухни, и только потом перевела дух.
Астрид, почувствовав ее руки, сразу успокоилась. Донни тоже перестал визжать и кататься по полу и с любопытством поглядывал на нее, прикрывая лицо локтем. Даже Акация отложила недоеденный фрукт и замерла, и только манговый сок продолжал сбега́ть по ее подбородку и бесшумно капал на майку. После оглушительного шума тишина в комнате казалась совершенно сверхъестественной, и Бетти еще раз вздохнула, обдумывая следующий шаг.
– Ух ты! – заметил Дом, вновь заглядывая в кухню. – Да ты настоящая фея! – Он протянул ей клочок бумаги. – Это номер моего мобильного, звони, если что. Когда я освобожусь, я тоже тебе позвоню… А вы, – обратился он к детям, – ведите себя как следует, иначе Бетти уйдет и больше не придет, понятно? – Дом повернулся к Бетти. – Тебе еще что-нибудь нужно?
– Нет, – ответила она. – Ничего не нужно. Все в порядке.
– Между прочим, сегодня ты выглядишь просто очаровательно, – сказал он.
Бетти покраснела и поспешила спрятать лицо в льняных кудряшках Астрид. Что́ ему ответить – она так и не придумала.