– Простите, – начала она, – не могли бы вы капнуть немножечко этих духов на мой носовой платок? Я… я хотела бы показать их одному знакомому в качестве образца.
– Вы имеете в виду духи, которые купил темнокожий джентльмен?
Арлетта кивнула.
– Разумеется, мисс.
Продавщица сняла с витрины стеклянную бутыль с духами и капнула три большие капли на небольшой квадратик белого муслина, специально предназначенный для этих целей. Протягивая муслин Арлетте, продавщица улыбнулась.
– Красивый мужчина этот чернокожий джентльмен, – сказала она мечтательно.
Арлетта ничего не ответила. Спрятав муслин в рукав жакета, она поспешила на свое рабочее место, унося в складках одежды свою главную, головокружительную тайну – запах знаменитого музыканта Годфри Каперса.
30
– Входи, дорогуша!.. – Замок со щелчком открылся, и Бетти, толкнув дверь, одним махом взлетела на этаж, где размещалось художественное агентство Александры Любезноу. Все здесь ей было знакомо, и тем не менее Бетти чувствовала себя странно. Отчего-то ей казалось, будто она сама вообразила, выдумала ту наивную провинциальную девчушку, которая всего несколько недель назад поднималась по этим ступенькам, прижимая к груди норковую шубу. Сейчас та, давняя Бетти растворилась, растаяла, как тает в момент пробуждения легкий предрассветный сон. Нынешняя Бетти была уже другой. Настолько другой, что ее больше не удивляло, как это никто так и не взял ее на работу.
Как и в прошлый раз, Александра встречала ее на площадке. Ее светлые, тонкие как паутина волосы были зачесаны на макушку и скреплены заколкой-монтара. Одета она была в черную блузку из нескольких слоев черного шифона, черные кожаные брюки и черные шлепанцы. На шее Александры висели на серебряной цепочке очки для чтения, а в руках она держала чашку кофе и муляж сигареты.
– По тебе можно часы сверять, – сказала она, придерживая дверь и показывая на старинные вокзальные ходики на стене. – Ровно в десять!
Бетти позвонила Александре час назад и спросила, нельзя ли ненадолго заглянуть к ней, чтобы поговорить об Историческом обществе Сохо. Накануне вечером в «Мельнице» она рассказывала Джону об Арлетте, Кларе, Питере Лоулере и найденной среди документов программке джаз-клуба, и он посоветовал ей обратиться к сестре.
«Поговори с Александрой, – сказал Джон. – Она обожает джаз и к тому же является членом Исторического общества Сохо. Я уверен, она сумеет тебе помочь».
И действительно, когда еще в телефонном разговоре Бетти упомянула о джазовых клубах, действовавших в Сохо в двадцатых годах, Александра пришла в восторг. И, судя по лицу, ее энтузиазм не угас до сих пор. Налив Бетти кофе, она принялась энергично рыться в ящиках картотеки, выуживая оттуда пожелтевшие рекламные листовки и брошюры.
– Итак, – сказала она, бросая на стол пачку бумаг, – что именно ты хотела узнать?
– Ты, наверное, помнишь записку, которая оказалась в кармане бабушкиной шубы? – проговорила Бетти, доставая из сумочки свои бумаги. – На ней были имя и адрес одного человека…
– Конечно, помню, – подтвердила Александра. – Но тогда ты, кажется, ничего о нем не знала, так?
– Так, – согласилась Бетти. – Но теперь я туда съездила и сумела кое-что выяснить. Тот человек было частным детективом. Моя бабушка наняла его, чтобы он отыскал для нее Клару Каперс. Ту самую Клару Каперс, о которой говорится в ее завещании.
– Потрясающе! – воскликнула Александра, и ее светло-голубые глаза возбужденно сверкнули. – Продолжай…
– Я хотела поговорить с этим детективом, но он, к несчастью, умер. Бабушкино задание он выполнить так и не успел, но его вдова отдала мне папку с материалами, которые бабушка передала ему для работы. К сожалению, там не нашлось ничего определенного, но кое-что, я думаю, мы могли бы использовать. Вот смотри… – Она разложила документы на столе. – Фотографии, кое-какие заметки и вот это. – Бетти ткнула пальцем в программку вечера в «Белом олеандре». – Видишь? Этот клуб находился на Уиндмилл-стрит в двух шагах от моей теперешней квартиры. Вчера вечером я побывала там в клубе твоего брата – в «Мельнице». Конечно, я расспросила управляющего, знает ли он что-нибудь об истории этого места, но он оказался не в курсе. От него я узнала только, что раньше – до того, как он арендовал здание, там было что-то вроде борделя.
Александра нацепила очки и с жадностью схватила программку.
– Ух ты! Ты только посмотри на это! – Она мечтательно улыбнулась, перевернула программку на другую сторону, поднесла к носу и понюхала. – Ум-м!.. – проговорила она, жмурясь от удовольствия. – Этой программке семьдесят пять лет, а погляди, в каком она прекрасном состоянии! Сэнди Бич и братья Лав. Настоящие красавцы, верно? – Александра снова перевернула программку и стала сосредоточенно читать. – Гм-м… Южный синкопированный оркестр… Что-то я о нем слышала. Название, во всяком случае, кажется знакомым.