Александра ахнула и прижала ладонь к губам.
– Ради бога, ничего мне не рассказывай, иначе я сейчас расплачусь.
Бетти пожала плечами.
– Извини. Кто же знал?..
– Нет, ничего… Не извиняйся. Если эти платья действительно были такими маленькими, как ты говоришь, они, скорее всего, не подошли бы ни одной из современных актрис. Ты, наверное, не знаешь, но даже самые миниатюрные из них не могут надеть то, что носили их прабабушки. Главная проблема в размерах талии. В наше время даже очень худые женщины не могут похвастаться талией шестнадцати или хотя бы восемнадцати дюймов в обхвате, как было раньше, когда девушки с раннего возраста начинали носить корсет. Ну ладно, что-то я отвлеклась… Что там у тебя есть еще?
– Только фирменные спичечные коробочки с эмблемами клубов. – Бетти передала их Александре. – Не знаю, что они нам дадут, но они были в общем пакете документов.
– Посмотрим, может, что-то и удастся выяснить, – ответила Александра. – Можно я оставлю их у себя? У меня есть знакомый в Историческом обществе, который знает о британских джаз-клубах буквально все. Возможно, он сумеет что-то подсказать… – Она пожала плечами. – Господи, как же все это интересно!
Она улыбнулась Бетти, и та кивнула в ответ, чувствуя, как крепнет ее надежда на успех. И дело было не в том, что Александра начинала излучать живейший энтузиазм всякий раз, когда речь заходила о временах, когда Арлетта жила в Лондоне (в том, что в двадцатые годы бабушка действительно какое-то время жила здесь, Бетти больше не сомневалась). Главное, у Александры было много знакомых, которые помимо энтузиазма были вооружены знанием. И Бетти вдруг почувствовала, что ей по силам разрешить загадку, которую задала ей Арлетта, и что сегодня она совершила гигантский шаг вперед. Казалось, стоит только протянуть руку, и тайна Клары Каперс будет раскрыта.
– А когда ты собираешься поговорить с этим твоим знакомым? – спросила она.
– Сегодня же вечером! – решительно заявила Александра. – Я увижусь с ним вечером. Если хочешь задать ему какие-то вопросы…
– Сегодня я не могу. – Бетти вздохнула. – Мне нужно сидеть с детьми.
– Жаль. Впрочем, ничего страшного, я с удовольствием возьму это дело на себя. Постараюсь выяснить все, что только возможно. Зайди ко мне завтра в середине дня. Я расскажу тебе, что́ он сказал.
– Это будет просто прекрасно! – с чувством сказала Бетти. – Огромное тебе спасибо. Надеюсь, я тебя не очень затруднила?
– Затруднила?.. – Александра расхохоталась. – Нисколько! Если хочешь знать, для меня это и отдых, и удовольствие.
В этот момент зазвонил ее телефон, и Александра, взглядом извинившись перед Бетти, некоторое время очень подробно и горячо обсуждала с невидимым абонентом пятна плесени на сшитых из лоскутов брюках и афганскую дубленку, от которой почему-то пахло мочой.
– Пока вещи оставались в моем агентстве, с ними все было в порядке, – решительно говорила Александра в трубку. – Это вы хранили их кое-как. Наверное, вы просто бросили их на съемочной площадке, и вот вам результат… Да, я абсолютно уверена.
– Извини, пожалуйста, – сказала она Бетти, опустив трубку на рычаги. – Заплесневелые клёши!.. Обоссанные дубленки!.. Как говорится, от великого до смешного… – Она улыбнулась. – Ладно, кажется, мы с тобой обо всем договорились. Передавай привет моему кошмарному братцу. Увидимся завтра, о’кей? Надеюсь, у меня будет что тебе рассказать.
На прощание она расцеловала Бетти в обе щеки и пожала руку – пожалуй, даже немного крепче, чем подразумевала ситуация. Тепло улыбнувшись, Александра закрыла дверь, и Бетти двинулась вниз по лестнице, чувствуя прилив воодушевления и уверенности. Подвинься, великий Шерлок! Она продолжит дело Питера Лоулера и доведет его до конца.
Выйдя из здания, Бетти направилась к станции метро Тотнем-корт-роуд, чтобы доехать до Холланд-парка. Наконец-то, думала она, пытаясь справиться с сердцебиением. Наконец-то она взялась за поиски Клары Каперс как следует.
Только потом ей пришло в голову, что Александра обращалась к ней на «ты», а она отвечала ей точно так же, причем произошло это совершенно естественно и незаметно для обеих. Не означало ли это, что Сохо в конце концов ее принял?..
Это было совершенно не исключено.