- В его-то возрасте? – удивился Жан-Мишель, и одновременно улыбнулся, сообразив, что девочка говорит не о мужском достоинстве.
- Милорд! – укорила его Азалия.
- Прости, милая, - извинился ее муж.
- … а другая у него весит на стене про запас, - окончила малышка.
- Вот, бы мне иметь не одну такую штуку, а две! – съязвил Жан-Мишель, рассмеявшись.
Азалия также поняла, что девочка говорит о чем-то другом, а не о том, о чем они с Мишелем подумали сначала.
- Милая, а о чем ты говоришь? – успокоился Жан-Мишель, спрашивая. – О какой такой штуке?
- О подзорной трубе, папочка, - ответила малышка.
Азалия и Жан-Мишель переглянулись и одновременно рассмеялись. Они смеялись так долго, что Лиза перепугалась за родителей.
- Что с вами, мамочка, папочка?
- Ничего, малышка ты наша,- погладил Жан-Мишель девочку по голове. – Как ты нас напугала, милая!
- Почему? – недоумевала Лиза.
- Милорд, нам должно быть стыдно, - обратилась Азалия к мужу. – Как мы могли о таком подумать?!
После этого инцидента они поехали дальше. В деревне они нашли дом того старика. Азалия со слезами на лице благодарила этого доброго человека за спасение ее девочки. Жан-Мишель дал старику мешочек с золотыми. Но тот сказал, что они ему не нужны. Он спас девочку, не ожидая получить за это вознаграждение.
- Вам нужно лучше приглядывать за девочкой, - сказал старик, - а то в следующий раз тот убийца сделает непременно свое грязное дело.
Азалия вскрикнула от ужаса и испуга.
38
- Я не хотел вас напугать, герцогиня. Но я говорю правду. Вашему ребенку угрожает опасность.
- Спасибо, отец, за предупреждение, - ответил ему Жан-Мишель. – Мы от нее ни на шаг не отойдем. Но кто мог бы это быть? И зачем ему это делать?
- Не знаю зачем, милорд, но это точно кто-то из вашего окружения, - ответил старик.
Отказавшись от денег, старый человек попросил взять его внука к себе в слуги.
- Он сирота. Меня совсем не слушается. Ему уже двенадцать лет. А это такой возраст, когда мальчишки считают себя уже взрослыми. Вы понимаете меня, милорд?
- Да, понимаю.
- В вашем доме ему будет лучше. Он будет сыт, одет и под присмотром, а еще у него будут обязанности, и он будет стараться, чтобы заработать денег. Может когда-то он и станет даже дворецким.
Жан-Мишель согласился выполнить его просьбу и сказал приходить мальчику завтра в его поместье.
После визита к старику они нашли хорошую полянку, где и решили отдохнуть. У них с собой было немного еды и вино даже нашлось в корзине, которую им приготовила их любящая няня. Хорошенько пообедав, Лиза пошла рвать цветочки.
- Хорошо, что няня настояла на том, чтобы мы взяли еду, - сказал Жан-Мишель. – Она нам пригодилась.
- Если бы не это дерево, под которым мы сидим, милорд, то мы бы спеклись на солнце, как та курица, которую мы съели.
- Да, это верно. Вино было замечательным, правда?
- Да. Я столько много выпила. Даже не припомню, чтобы я когда-то столько пила. У меня голова крутиться, милорд, - Азалия странно улыбнулась, икнув. – Все идет кругом. И вы тоже крутитесь у меня перед глазами, милорд.
- Азалия, ты пьяна, - сообщил ей муж.
- Да, может быть. И это совсем не плохо. Наоборот мне так весело.
Девушка соблазнительно улыбалась, не понимая, каким искушением сейчас она выглядела в глазах герцога.
- Милая, обопрись о мое плече. Тебе будет так лучше.
Азалия без стеснения уперлась спиной на грудь мужу. Он обхватил ее талию руками, наслаждаясь ее близостью. Его губы касались ее волос, и он вдыхал их аромат.
- Твои волосы чем-то очень приятным пахнут.
- Это лилии из нашего сада. Я ими ополаскиваю волосы.
- Ты сказала «нашего»! – обрадовался Жан-Мишель. – Это значит, ты считаешь мой дом своим тоже, да?
- Да.
- Почему?
- Как почему? Здесь есть Лизонька и я счастлива быть ее мамой.
- И все?