- Что они себе позволяют, все эти крашеные фифы?! – злобно спросила она в подруги. – Как они смеют так открыто к нему приставать с такими омерзительными предложениями?
- Ты сама дала им повод к этому! – ответила ей Сюзанна. – Смотри, подруга, не доводи Мишеля до отчаяния. Он ведь самец и не них. И тогда какая-то курица будет смеяться над тобой, наслаждаясь его ласками.
Азалия, рассерженная, пошла, чтобы припудрить носик в дамскую комнату. Приоткрыв немного дверь, она услышала женские голоса. Женщины явно над чем-то смеялись. Азалия уже хотела войти, но вдруг услышала имя мужа из уст одной дамы. Она остановилась и припала ухом к щели.
- Бедный Жан-Мишель, такое терпеть от жены! – вещал какой-то женский голос. – Как он ей такое позволяет? Как он позволяет ей над собой так издеваться?
- Он ее, наверно, точно любит, если позволяет ей такое! – добавил другой женский голос. – Да вы и сами видели ее. Она ведь действительно красавица. Таких надо еще поискать.
- А как он носится с ней! – вмешался в разговор третий женский голос. – Милая, моя дорогая, солнышко мое! Слышали? Прямо тошно слышать, не то, что смотреть!
- Но как она может так долго противиться его чарам? Неужели они на нее не действуют?
- Она или слепая, или глупая! Отказывать такому мужчине!
- Такому жеребцу! – добавила другая женщина, страстно вздыхая.
- Он ведь такой лапочка! А какая у него симпатичная попка! У-у! – застонала одна из них. – Так и хочется вцепиться в нее своими пальчиками и попробовать на ощупь. У-у! – продолжала она стонать.
- А я имела однажды такое счастье! – похвалилась одна из подруг. – И не только прикасаться к его попке, но и к его копью.
- Натали, скажи, подруга, это правда, что у него такое большое копье?
- О, девочки! Это действительно, правда. У него самое большое копье, которое я когда-нибудь видела. А видела я многие мужские дрючки. Хоть у нас была с ним всего только одна ночь. Но, девочки! У-у! – простонала она сладко. – Это было что-то! Он меня изводил своими настырными ласками до самого утра! Такое я никогда не забуду, подруги.
- О, Натали, какая ты счастливая! Побывать в постели с герцогом де Виньи!
- Какая все-таки у него глупая жена, одним словом монашка! Мне бы хоть разочек испытать с ним то наслаждение, которое ты описала.
Азалия ни мертвая, ни живая побрела отсюда подальше. Ей уже невмоготу было слышать такие подробности о ее муже из уст этих женщин.
45
Азалия задумалась обо всех тех женщинах и не заметила, как заблудилась в коридорах. «Как они смеют такое говорить о моем муже? – размышляла она. – Говорить о таких личных вещах! Крашенные фифы! Курицы без перьев! – злилась она. – Я что ревную его ко всем тем лахудрам? А если ревнуешь, то значит любишь. Так все говорят. Неужели я его люблю? Нет! Этого не может быть! Он мерзавец, развратник, похотливый жеребец! Он чуть не изнасиловал мою сестру! Я не могу такого подонка любить».
Герцогиня де Виньи пришла в себя, увидев в темном коридоре своего мужа. Он стоял, и как будто нервничал, кого-то ожидая. Вдруг к нему подкралась какая-то женщина. Она была очень красивая, и ее откровенно-открытое декольте показывало, что госпожа была обладательницей очень симпатичной груди. Жан-Мишель стоял к ней спиной и поэтому не видел, как она к нему подошла сзади. Женщина вцепилась в его задницу руками.
- Какая у тебя пленительная попка, мой тигр! – промурлыкала женщина, громко вздохнув. – Ох, какой ты сладкий, мой котик!
- Кетрин, прекрати, - потребовал Жан-Мишель. – Нас кто-нибудь может увидеть.
- И пусть! Это меня еще больше заводит. А разве тебя нет, мой сладкий?
- Кетрин, перестань. Я женатый мужчина, - Жану-Мишелю удалось убрать ее руки с его зада и повернуться к ней лицом.
- Ха! Женатый! – рассмеялась женщина, обняв его руками за плечи. – На этой монашке, да? Лучше бы ты ее оставил там в монастыре. Там ее место, а не у тебя в постели. Хотя, что я за глупости говорю, дура! Она ведь до сих пор отказывает тебе в твоем супружеском праве, не так ли, дорогой?
- Замолчи, Кетрин. Ты ничего не знаешь. И не лезь в нашу личную жизнь, - разозлился герцог.