- Нет.
- Почему?
- У меня тоже есть гордость, а не только у нее.
- Ну, так и спи со своей гордостью один в постели! – съязвил Жан-Мишель.
- Ты ведь так и делаешь! Ничего, будто живой, вижу, - сердито сказал Джон.- И я тоже так сумею.
- Живой, то живой! – грустно вздохнул Жан-Мишель. – Но внутри все у меня горит, дружище. Я спать по ночам не могу, теперь и аппетит пропал. Мне так хочется к ней прикоснутся, обнять ее, поцеловать, погладить рукой ее волосы…
- Ласкать ее грудь, - перебил его Джон, поддерживая, - ее кожу, пить любовный сок из ее сладкого местечка внизу между…
- Постой, Джон, - остановил его Жан-Мишель. - Ты сейчас говорил о Сюзанне?
- Конечно. А о ком еще?
- Стой. Дальше не рассказывай и того хватит.
- Почему?
- Это же моя сестра!
- Ну и что!
- Не могу я такое слушать. Она для меня моя младшая сестренка. Не верю, что она делает уже такие вещи, - растерялся Жан-Мишель.
- Мишель, она же замужняя женщина и вскоре станет мамой. Ты забыл? Она имеет право на такие вещи.
- Конечно. Просто не рассказывай мне, пожалуйста, чем вы вдвоем в вашей спальне занимаетесь.
- Как-будто ты не знаешь чем! - улыбнулся Джон.
- Вот родится у тебя дочь, вырастет и придется ее выдавать замуж, вот тогда ты поймешь, что я чувствую сейчас.
- У меня будет сын! – разозлился Джон. - Сколько можно повторять?!
- А если нет?
53
- Вы видели такое? – злилась Сюзанна. – Даже не пришли пообедать! Конечно! Зачем им кушать? Они ведь не голодны. Они сыты тем, что поедают эту графиню глазами. Как-будто она десерт! Чтоб они подавились ею!
- Сюзи, успокойся, - просила ее Азалия, сидя на софе. – Не драматизируй ты все так.
- А ты меня не успокаивай, подруга! – сердито обратилась она к Азалии. - Если тебе все равно с кем путается твой муж, то мне не все равно!
- Да, тетя, ты права, - поддержала ее Лиза, стоя у окна. – Дядя и папа от этой графини не отходят с ее появлением. А теперь еще этот несносный и гнусный мальчишка в нее по уши влюбился. Я видела, как он с ней хихикал в саду, делая ей комплементы. Да она ему в бабушки годится!
- Ты преувеличиваешь, милая, - вмешалась Азалия. – Разве что в матери.
- Все равно, когда ему будет двадцать, то ей будет уже шестьдесят. Она будет уже старухой!
- Милая, мне кажется, или ты ревнуешь графиню к Ричи? – спросила Азалия улыбаясь. – Может, ты влюбилась в этого мальчика?
- Я? - удивилась малышка, - Да ты что, мамочка! Да еще в этого гадкого сорванца?
- Ты уверена, милая?
- Конечно. Лучше мне в свинью влюбится, только не в этого глупого Ричи! – сердито вещала Лиза.
- Смотри, не зарекайся, Лизонька.
В этот момент в гостиную вошли два герцога с графиней.
- Какой был чудный день! – чирикала графиня. – Спасибо мальчики, за компанию. Было очень весело с вами.
- Ну, что ты, Джулия! – ответил ей Жан-Мишель. - Это тебе спасибо.
- Да, графиня. Мишель прав, - добавил Джон. – Я еще не встречал такую умную, смелую и очаровательную даму.
- Герцог, вы мне льстите! Я совсем не смелая. Я даже мышей боюсь. Всегда выпрыгиваю на стул, если вижу мышку.
- А если я сейчас крикну «мышь», - вмешалась Сюзанна, - а стульев рядом нету, то вы, графиня, выпрыгнете на руки моему мужу?
- Сюзи, что ты такое говоришь? – разозлился Джон, как ты смеешь обвинять графиню в таком?
- Смею дорогой муженек! У меня есть глаза, и я вижу, как ты на нее пялишься целыми часами, пуская слюни!
- Ты с ума сошла, любимая! – громко говорил Джон. - У тебя помутилось в голове от беременности. Я слышал, что беременные женщины очень капризны и легко впадают в истерику. Но не до такой же степени! Очнись, милая, и попроси у графини прощения за свое гнусное поведение.
- Счас, разбежалась, милый! – съязвила Сюзанна, - Только пойду надену свое лучшее платье и помою хорошенько руки. А то не дай Бог, еще запачкаю нашу всеми обожаемую графиню Ризерфорд, когда буду жать ей руку, умоляя о прощении.