Он схватил ее за ноги, раздвинул их шире в стороны, и навалился на нее своим телом. Азалия уже не кричала и не вырывалась. Жан-Мишель всунул в ее разгоряченное лоно палец, заявив:
- Да ты уже увлажнилась любовным соком! Ты вся изнываешь от желания, чтобы я в тебя вошел. И ты хотела это скрыть от меня, негодница?
Жан-Мишель набросился на ее губы, не давая ей глотнуть хоть немножко воздуха. Его страсти не было предела! Он ласкал ее плечи руками в то время, когда его язык проник ей в рот, исследуя неизвестную ему пещерку. Азалии выдался странным такой поцелуй, но и приятным. Лаская ее грудь пальцами и чтобы утолить свое желание, он проник в ее лоно, заполняя ее всю.
- Долго ты еще будешь такой узкой и тугой, сладкая моя? – спросил Жан-Мишель и, не дождавшись ответа, начал двигаться.
В этот раз его толчки не были медленными, а сразу перешли в наступление, доводя себя и Азалию до пика услады. Их стоны слились воедино, продолжая любовный танец.
Постель под ними скрипела, поручни грозились отвалиться под напором такой страсти. Эта кровать еще не видела таких страстных и требовательных любовников. Хотя и предыдущие герцоги и герцогини де Виньи были тоже напористыми в любовных играх. Наверное, следующее поколение де Виньи уже не будет спать в этой кровати, оттого, что оно развалиться еще до их появления, если эти двое не прекратят так над ним издеваться.
Азалия обвила попку мужа своими ножками, помогая его напористым толчкам. Голову она повернула в сторону поручней, за которые держалась всеми своими силами. Ее глаза увидели те самые порочные фигурки голых людей в непристойных позах, которые видела еще до свадьбы. Тогда ее стесняли эти фигурки, заставляя краснеть до корней волос. А сейчас они только придавали ей еще силы и страсти, которых хватило еще на полчаса такого простого женского счастья.
ÝÝÝ
Герцог де Виньи лежал на постели, подперев голову подушками. Он смотрел на свою жену и любовался ею. Она надевала на себя платье светло-синего цвета. Потом она стала расчесывать свои роскошные волосы.
- Все-таки сколько много времени нужно женщинам, чтобы одеться и выглядеть сногсшибательно! – вздохнул тяжело Жан-Мишель.
- Для вас мужчин, - добавила Азалия.
- И сколько мало времени требуется мужчинам для того, чтобы раздеть женщин.
- Ты это со своего опыта говоришь, шалун? – обиделась Азалия. – И сколько женщин ты раздевал?
Жан-Мишель встал с постели. Он был еще не одет.
- Они все исчезли из моей жизни с появлением тебя, любимая, - ласково ответил герцог, и, взяв гребень из руки жены, стал чесать ее волосы.
- Ты мне веришь? – спросил он.
- Верю, - ответила Азалия, смотря в зеркало прямо в глаза мужа.
- Мы такие счастливые с тобой, да?
- Да.
- У нас есть Лизонька.
- И скоро появится наш малыш.
- А ты не будешь любить мою дочь меньше с его рождением?
- Нет, конечно. Что за глупые вопросы ты задаешь? Лизонька для меня есть и останется дочкой. И с появление нашего сына у нас будет двое детей.
- Почему ты так уверена, что у нас будет сын, а не дочь?
- Просто дочь у нас уже есть, Мишель. Нам только не хватает наследника рода де Виньи.
- Ты моя Златовласка! – поцеловал Жан-Мишель волосы жены.
Когда они выбрались, наконец, из своего любовного гнездышка и спустились вниз, то их ждал сюрприз. На софе сидели родители Азалии, разговаривая с Лизой.
- Посмотрите, кто к нам приехал! – воскликнула девочка. – Бабушка и дедушка!
- Доброе утро, барон, баронесса, - поприветствовал их Жан-Мишель.
- Папочка, уже обед. Утро вы проспали. Вы еще никогда так долго не спали с мамочкой, - чирикала малышка.
- Как хорошо, что вы приехали! – обрадовалась Азалия, целуя отца, а потом мать.
- А ты еще красивее стала, дочка! – похвалил барон Беккет дочь, любуясь переменами. – Как говорится, расцвела девка в мужских руках! Прямо вся светишься от счастья.
- Это заслуга Мишеля, моего мужа, конечно, - ответила Азалия, даже не покраснев от таких слов, а наоборот, посмотрела нежно на герцога. Он ей улыбнулся.
- Мамочка похорошела потому, что ждет ребеночка, моего братика. Правда, мамочка? – спросила девочка, взяв Азалию за руку.