- Да, солнышко, правда.
Барон с баронессой удивились.
- Это правда? – спросила баронесса дочь. – Ты беременна от этого герцога де Виньи?
- Да, мы ждем малыша, - ответил герцог вместо жены.
- И какой срок? – невесело поинтересовалась баронесса.
- Уже неделю где-то, - ответила весело Азалия. – Правда, здорово! Мы с Мишелем так счастливы, что у нас будет второй ребенок.
- Ты считаешь эту приблуду своей дочкой? – злобно спросила Джоанна.
- Мама! – рассердилась Азалия на слова матери.
- Лизонька, а что ты тут делаешь? – спросил Жан-Мишель у девочки, чтобы быстро переменить тему разговора, угрожающую скандалом. – Я ведь тебя наказал за твое гнусное поведение. – Герцог надеялся, что Лиза не поняла слов баронессы. - Ты должна сидеть в своей комнате, пока не попросишь прощение у Ричи.
- А я уже это сделала, папочка. Ты бы это увидел, если бы так долго не спал с мамочкой.
Слова девочки впервые заставили Жана-Мишеля покраснеть. Он чувствовал всей кожей, как баронесса Беккет сверлит его злобным взглядом.
- Вижу, вы очень счастливы вместе, дети? – задал вопрос Франсуа дочери и зятю.
- Да, отец, - ответили они вместе, улыбнувшись друг другу.
- Так значит, сын мой, наш договор можно разорвать?
- Да, папа.
- О чем вы? Какой договор? – спросила Джоанна.
- Теперь он не имеет никакого значения. И кстати мы приехали, чтобы сообщить вам грустную новость.
- Что-то с Луизой случилось? – испугалась Азалия.
- Нет. Хотя и ее это касается. У нее умер муж, граф Клемонт. Ему было почти шестьдесят.
62
Новость о беременности жены герцога де Виньи широко обсуждалась в высших кругах. Это было главной темой для разговоров не только придворных дам, но и простых служанок на кухне. Так было до тех пор, пока по Лондону не прокатилась известие о беременности маркизы де Жерак и ее свадьбы с маркизом Брайтоном.
- Не успела мужа похоронить, так уже замуж собралась снова! – возмущались дамы.
- А я слышала, что в завещании маркиз де Жерак требовал от жены выйти замуж за маркиза, иначе все наследство отойдет Роберту.
- Ха! А у меня есть сведенья, что маркиза была беременна еще до кончины мужа.
Пока одни дамы подло сплетничали за спиной Ванессы, другие женщины восхищались ею открыто.
- Ах душенька, какая вы смелая! В вашем-то возрасте решиться родить первого ребенка.
- Это же так опасно! Вы так не считаете, дорогая Ванесса?
- Я с вами согласна, дамы, - отвечала маркиза, - но я так долго мечтала о ребенке, что возраст и опасность при родах меня не остановят!
- Какая вы все-таки храбрая, маркиза!
- Мы все за вас очень переживаем.
- Спасибо вам, дамы. Ваши теплые слова меня еще больше поддерживают и придают уверенности в собственных силах.
- Пусть вам Бог помогает, маркиза!
В то время как джентльмены по-черному завидовали маркизу Брайтону, знатные дамы и простые кухарки восхищались его способностям.
- Ему уже за шестьдесят перевалило, дамы, а он здоров, как бык.
- Какой он жеребчик, милые дамы!
- Чтобы осеменить женщину, да еще в ее-то возрасте, надо быть диким мустангом!
- У моей подруги мужу только сорок, а он не способен оплодотворить и курицу не то, что такую женщину, как она.
- А ты расскажи ей о маркизе Брайтоне. Пусть твоя подруга обратиться к нему. Он ей сделает живот в два счета.
- Я бы сама не прочь иметь ребенка от такого кобеля.
Больше всех этой новостью был недоволен сын покойного маркиза де Жерака, Роберт. Он ведь всегда ей потыкал пальцем в ее бесплодии. А она оказалась здоровой полноценной женщиной. Это его отец стал после сорока бесплоден. Эта новость подкосила Роберта.
ÝÝÝ